Category: птицы

Category was added automatically. Read all entries about "птицы".

Я злой

Птенцы гнезда профессора Преображенского

Гы, вот только сейчас подумал. Преображенский ведь по своей сути и есть тот самый будимировский айтишнег. Газет (никаких причём) не читает, политикой не интересуется, занимается своим интересным делом, чего и всем рекомендует, очень при этом неплохо устроился посреди разрухи и ещё смеет стебаться с нищебродов в каноничных калошах, которые только хором петь умеют, работать не желают и гадят мимо унитаза. (c) lekar1971

Вы удивительно правы, доктор. Многие из них сделали себя с булгаковского профессора. Но я не понимаю, как можно симпатизировать этому скользкому гаду? Безответственному, интеллектуально ограниченному, равнодушному к чужим проблемам, самодовольному и наглому. Который гордится своим умением хорошо есть в полуголодной стране и отказывает в праве на человеческое существование большинству своих соотечественников, считая, что они «пся крев», пёсьи дети. Якобы «такими уродились», потому не заслуживают ничего большего, кроме как заниматься «чисткой сараев».

Почитайте на досуге:

- «Собачье сердце», или кое-что о фашизации сознания.

- Не читайте до обеда советских газет…

- Братцы живодёры, за что же вы меня?!

- Идеализм, фашизм и непонятый Шариков

- «Собачье сердце» как зеркало русской контрреволюции

Одинокий пингвин на льдине СССеР - это уныло!

В свете величия России, подтверждающегося масштабом бед, которые на неё обрушиваются, как-то неудобно говорить о своей малой земле. «Мы жывем някепска, мы жывем няблага» («Мы живём неплохо, мы живём недурно» - бел.), как поётся в одной белорусской негосударственной песне. Поётся, конечно, с горькой иронией. Мол, на самом-то деле, мы живём плохо, хуже некуда.

Истина лежит где-то между крайними точками. В наших краях всё как-то ни рыба, ни мясо, серединка-наполовинку. Но, в любом случае, поездов под откос у нас не пускают со времён рельсовой войны 1943-го, антифашистов вперемешку со священниками не отстреливают, пожаров с десятками жертв тоже давно не случалось. Здесь царит скромное обаяние белорусского «парадка». А вот под его покровом процветают всяческие мелкие гнусности и подлости. Об одной из них я и хочу рассказать.

Есть в Минске такое издание - «Белгазета», принадлежащее российскому медиа-холдингу «Проф-медиа» (владелец Владимир Потанин). Газета числится в «оппозиции», хотя на деле занимает позицию «над схваткой». Нет, не взвешенную, а поверхностно-ёрническую. Язвительно высмеивая всё и вся, что подвернётся. Это у них называется «либерализмом».

На этот раз подвернулась выставка работ пациентов психоневрологического интерната N3 в Новинках. Статью о посещении которой некий вьюноша Максим Иващенко остроумно озаглавил «Шизо-пати». Смешно, правда? Как видно из статьи, на выставке молодой человек отчаянно скучал. Молодому человеку не хватало драйва. Вероятно, журналисту мнилось, что в пациентах психоневрологического интерната непременно должно быть что-нибудь эдакое - с психоделинкой. Поэтому Максим был страшно разочарован - я вижу, как он обиженно оттопыривает губу - обнаружив «вполне обычные картины для никогда не умевшего рисовать человека». Он-то ожидал, что его побалуют полотнами a la Сальвадор Дали, раскрывающими тёмные глубины психики! А тут какой-то «одинокий пингвин и льдина «СССеР», тьфу. Какие могут быть «глубоко затаённые отчаяние, боль, безысходность и право быть услышанными» в одиноком пингвине на льдине СССеР? Всех этих вещей, скорее всего, вообще не существует в мире Максима Иващенко. Он мог бы принять их, будь они упакованы в приемлемые, модные формы - в качестве острой приправы к пресной жизни представителя тонкой прослойки минского среднего класса, прозябающего в разнообразных кафе. Но организаторы не расстарались, не сделали ему красиво. Потому молодой человек, будучи в состоянии аффекта, вынес вердикт, сказав, что выставка работ пациентов психоневрологического интерната пополнила «тягостный ряд разного рода белорусских унылых художественных мероприятий».

Эта вздорная статья незрелого борзописца могла бы остаться незамеченной широкой общественностью. Если бы не имела последствий в виде увольнения руководительницы творческой мастерской «ДОМ» Дарьи Ескевич, пять лет занимавшейся с пациентами психоневрологического интерната. Что означает ликвидацию самой мастерской. За что? За «испорченный имидж»!

Редактор «Белгазеты», по словам Дарьи, просто обматерил её по телефону. Автор материала, пришедший на встречу с Дарьей с друзьями (чувствовал, видать, что за такие дела ему следовало бы морду набить), сослался на «общий скандальный профиль газеты». Ни опровержений, ни извинений никто публиковать не собирается.

Что вообще можно сделать в подобном случае? Если дуэли запрещены, а обращаться в государственные СМИ, которые могли бы ухватиться за возможность потаскать в зубах «оппозиционную» газету, - западло?

Что я сказал медсестре Марии...

Проснулась ночью в поезде. Стучат колеса. Ещё один стук. Это песня со вчерашнего спектакля. Вчера ходила на: «Капли датского короля. Посвящение Булату Окуджаве» в Театре музыки и поэзии Елены Камбуровой.

А что я сказал медсестре Марии,
когда обнимал её?
- Ты знаешь, а вот офицерские дочки
на нас, на солдат, не глядят.

А поле клевера было под нами,
тихое, как река.
И волны клевера набегали,
и мы качались на них.

И Мария, раскинув руки,
плыла по этой реке.
И были чёрными и бездонными
голубые её глаза.

И я сказал медсестре Марии,
когда наступил рассвет:
- Нет, ты представь: офицерские дочки
на нас и глядеть не хотят.


Не то чтобы я её раньше не слышала. Но не въехала. Не поняла. Не врубилась. Маленькая ещё была.
Вот, послушайте:




Сейчас слушаю и плачу. По городу на маршрутке еду, а слова внутри звучат и слёзы наворачиваются.
Эта песня о войне. Не о той, романтической и героической с опасностями и смертями. О той, которая несёт грех надругательства над человеком, женщиной, Марией. Офицерские дочки на солдат глядеть не хотят, понимаешь. А та медсестра, что с тобой – это кто? Подстилка в поле клевера, удовлетворяющая малую нужду солдата?
Чистейшей поэзии чистейшее покаяние в чистейшем свинстве. Просто в учебник по личному спасению бери и вставляй.


***

Я вот прочёл текст песни и поначалу тоже «не въехал, не понял, не врубился». Чудит, думаю, Долька. Где же здесь «покаяние в чистейшем свинстве»? Обычная сцена из солдатской жизни с ностальгическим оттенком. Ах, было, было...

Что-то вроде «малиновки заслышав голосок, припомню я забытые свиданья» или, там, «милая моя, солнышко лесное» - препохабные, надо сказать, песни. Ничуть не лучше современной попсы, даже хуже. Потому что прикидываются этакой невинной романтикой, хотя на деле-то «поматросил и бросил», больше ничего. И сидит сейчас, пень трухлявый, сексуальные впечатления молодости перебирает тайком от опостылевшей жены.

Эту самую «Малиновку» Тодоровский хорошо припечатал в «Мой сводный брат Франкенштейн». Там к главному герою, который позабавился когда-то с рядовой сотрудницей дома отдыха, через двадцать лет «малиновкой вернулся» нежданный-негаданный сын. И не какой-нибудь там умница и красавец, а искорёженный чеченской войной, потерявший на ней глаз и приобретший стойкую паранойю «Франкенштейн».

И этот, думаю, туда же - действительность лакировать. Волны клевера, блин, набегали. «Чёрные и бездонные голубые глаза» меня как-то не насторожили, хотя и должны были, просто мимо ушей пропустил. И офицерские дочки, которые всё объяснили Дольке, тоже. Решил, что за грубоватый солдатский комплимент сойдёт. Мол, вон они какие, фифы эти, дочки-то офицерские, воротят нос от простого народа, а ты молодец - выручила солдатика, «свой парень». Внесла, можно сказать, неоценимый вклад в победу доблестной Красной Армии. Родина тебя не забудет. См. повесть Михаила Кононова «Голая пионерка».

Исполнение Елены Камбуровой всё расставило на свои места. Оригинала я не слышал, но, даже если он покаянным и не был, то она его таковым сделала. Поставив в конце выразительное многоточие: а что я ска...

Не поговорили. Только о том и думалось на волнах клевера, что о своей «малой нужде», да о том, что вот, наконец, справил...
Suur Toll

Коан о справедливости.

Мне приснился сон о cправедливости распределения материальных благ, закатов и сникерсов между жителями земли. По законам этой справедливости мне нужно было отнять сникерсы у детей богатых и накормить хлебом детей Африки.

А у детей очень богатых надобно отнять их яхты и вертолёты, чтобы накормить детей Африки сникерсами.

А у детей Африки надо отнять закаты, чтобы накормить ими самих богатых, за своими заботами этих закатов не видящих. Поменять на закаты - заботы, яхты, вертолёты, посадить на них детей Африки и отправить их в элитные английские колледжи, где их воспитают в спальнях с температурой воздуха 11 градусов по Цельсию.

А подтянутых и спортивных воспитанников и воспитанниц элитных колледжей нужно было отправить в Африку, где воспитанием будет заниматься не искусственная репрессивная толерантность во главе с Мери Поппинс, а африканская пустыня с африканским страусом.


(с) dolka777

Объяснять коаны - дело неблагодарное. Любая попытка объяснения идёт в ущерб их красоте. Заключённой в парадоксальности и ветвящемся смыслопорождении. Настолько ветвящемся, что, заблудившись в этом твин пиксе расходящихся тропок, слушатель в идеале теряет голову. А потеряв её, взамен обретает нечто большее.

Однако не по-нашему это, не по-европейски - голову терять. Тяжело нам с головой расставаться. Сорвёт, мы всё равно будем её с собой бережно носить. Чтобы безмозглыми глупцами себя не чувствовать - стыдно.

Поэтому я всё-таки возьму на себя риск истолкования Долькиного коана.

Радетели за глобальную справедливость зачастую считают справедливым такое мироустройство, при котором дети чёрной жаркой Африки получат всё то же самое, что имеют Белые Люди™. В основании чего лежит представление, будто жизнь последних - золотой стандарт человеческого счастья. Соответственно, всякое отклонение от этого стандарта является несчастьем, которое необходимо непременно исправить. На самом деле, это старый добрый расизм. Теперь - с гуманитарным лицом.

Ещё неизвестно, говорит коан, кто тут счастливее. И что более пристало человеку: наблюдать всем племенем закат (см. фильм Отара Иоселиани «И стал свет») или загорать поодиночке у экранов и мониторов.

Африканцы, помаявшись в оксфордских кельях, плюнут и заведут в европах пустыню, страуса и закаты. А европейцы, затосковав среди песков по родине, с муравьиным упорством засеят их городами и насадят повсюду репрессивную толерантность. Не знаю, насколько это будет справедливо, но весело наверняка.

В детстве нас, оказывается, обманывали насчёт того, что у Чунга-Чанги нет проблем с пропитанием. Кроме закатов, пустыни и страуса, в Африке есть ещё голод. Потому что Белые Люди™ пустили все кокосы на баунти, бананы - на ликёр Де Кайпер, прямо зелёными, страуса же изжарили на вертеле в чёрном перце. Страуса назад не вернёшь, а накормить африканца надо. Иначе неудобно как-то получается.

Но как это сделать? Предлагаются разные варианты. Деньги, например, которых у Белых Людей™ много. Пускай поделятся с чёрными братьями. Гхм... я не знаю, вы когда-нибудь пробовали питаться деньгами? Сомнительная, по-моему, идея. Закаты наверняка вкуснее.