Category: общество

Category was added automatically. Read all entries about "общество".

Беларусь зачищают от патриотов

В конце прошлой недели в независимых белорусских СМИ появилась информация о «волну репрессий за поддержку Украины». Но известные на тот момент факты еще не давали оснований считать то, что происходит, действительно масштабными и серьезными репрессиями.

Реверансы и нашим, и вашим

В конце прошлой недели в независимых белорусских СМИ появилась информация о «волне репрессий за поддержку Украины». Но известные на тот момент факты еще не давали оснований считать то, что происходит, действительно масштабными и серьезными репрессиями.

Скажем, Андрей Стрижак, координатор Гуманитарного маршрута Беларусь-АТО, с которым мы пообщались 2 апреля, весьма скептически отнесся к «нагнетания паники».

«По-моему, то, что я сейчас разговариваю с тобой, а не со следователем, красноречиво свидетельствует об отсутствии тотальной зачистки всех, кто связан с Украиной. Все тихо, никто нас не трогает. Недавно отправили шестую тонну помощи, сейчас готовим седьмую. Вчера с помощью нашего  посредничества украинское представительство «Санта Бремор» доставило в Бахмут более двухсот килограммов сельди для беженцев. Все идет по плану », - сказал Андрей.

Он высказал мнение, что репрессии имеют скорее показной и точечный характер. Возможно, это какая-то не очень охотная демонстрация лояльности после получения денег из России, но власти и сами не хотят заходить далеко. Андрей также поделился субъективным мнением, что зацепят скорее всего тех, кто и украинским властям не очень нравится  из-за своего  участия в акциях протеста в Киеве. По крайней мере, на его взгляд, это было бы в духе белорусских властей - делать реверансы и нашим, и вашим.

Откреститься от Украины

Но уже на следующий день, 3 апреля, я потянул за ниточку, которая привела меня к выяснению того факта, что масштабы репрессий значительно большие, чем могло показаться. Речь идет не просто о давлении, обысках, опросах, а об уголовных делах, по которым уже сидит несколько десятков человек.
Причем, что самое важное, репрессии ведутся не только, а может, и не столько против тех, кто непосредственно был связан с Украиной тем или иным образом. Репрессии направлены на тех людей, которые,  в случае возможного вторжения в Беларусь со стороны «заклятого союзника», могли бы стать первыми, кто выступил бы в защиту суверенитета и целостности страны. То есть против белорусских патриотов, предположительно способных биться за свою землю и правду.

Свое журналистское расследование я начал с украинской стороны, поговорив с киевской волонтеркой Ольгой Галченко, которая очень  опекает белорусов на украинском фронте. Помимо прочего Ольга организовала мероприятия в Минске для сбора средств. Я спросил ее, почему она имеет такие чувства к белорусам и что ей известно о «волне репрессий за поддержку Украины».

«Относительно моего отношения к белорусам, ну, все начинается с малого. Например, со знакомства с одним человеком. Потом не успеешь оглянуться, как у тебя появилась целая страна, которую ты любишь, и множество людей, за которых ты переживаешь », - рассказывает Ольга.

Волонтерка не может назвать точную цифру, но утверждает, что правоохранители «пришли во все семьи наших ребят, которые сейчас находятся на фронте, даже к совершенно не засвеченным людям».

«Приходят к родственникам, к друзьям, к близким людям, и начинают беседы на тему - а мы вот знаем, что ваш муж, сын, брат, друг поехал наемником на войну, долго допрашивают, выуживают информацию, потом еще и обыск проводят. При этом отбирают все средства связи и электронику - ноутбуки, телефоны, планшеты ... Учитывая, что родители бойцов - это в основном уже люди в возрасте, для них даже такие беседы - очень большой стресс », - говорит Ольга.

По её мнению, последней каплей, которая спровоцировала обострение репрессий, стало торжественное открытие 28 марта в Киеве памятного знака, посвященного погибшим за Украину белорусам. Знака, выполненного в бело-красно- белой гамме, с гербом Погоня, надписями «Слава Украине!» и «Жыве Беларусь!»

«Это разъярило белорусские власти, на мой взгляд, по двум причинам. Первая - это то, что страна была представлена ​​неофициальными символами. Несмотря на отсутствие прямого запрета, как я понимаю, они рассматриваются ими как чуждые и враждебные. Вторая - публичная манифестация союза двух народов. Мне кажется, руководство Беларуси, которое якобы поддерживает Украину, исходит из принципа: дружба дружбой, но денежки дает Москва, поэтому более полезным в этот момент будет откреститься от Украины», - считает Ольга.

«Социально близкий элемент»

Следующий мой собеседник - командир тактической группы «Беларусь» с псевдонимом Василий Коляда - полностью подтвердил слова Ольги о масштабе репрессий. Но подчеркнул, что их нельзя назвать спонтанными. Власти интересовались теми, кто поехал в Украину, с самого начала. Информация собиралась в том числе через электронную разведку. Были у них и свои люди в батальонах, которые сливали списки бойцов. Ходили по домам и опрашивали также давно. Просто сейчас, пожалуй, информации накопилось достаточно, а тут еще и российский кредит получен. Вот и прозвучала команда «фас»!

Василий говорит, что власти очень испуганы получением боевого опыта нелояльно настроенными белорусами. Поэтому, по его информации, планируются изменения в белорусском законодательстве, которые позволят подвести под статью о «наемничестве» и тех, кто воевал из идейных соображений, не получая денежного вознаграждения, а также волонтеров, которые помогали сбором средств, продуктов, медпрепаратов, одежды.
«Это юридический нонсенс. Но если прикажут, они это сделают », - говорит Василий.

Он также обратил внимание на отсутствие сведений о репрессиях в отношении тех, кто воюет на стороне т.н. ДНР / ЛНР. Наоборот, есть факты очень гуманного отношения к ним.

«Похоже на то, что в них власти видят социально близкий элемент. Знаете, как в сталинские времена разделяли арестантов: политические - враги народа, то есть сейчас это мы, а уголовники - социально близкий элемент. Что парадоксально, бойцы за «народные республики», ну это просто очевидно, они представляют большую потенциальную угрозу для белорусских властей. Им абсолютно чужда идея независимой Беларуси, они на Донбассе проливают кровь  за восстановление империи. Что и нашу страну в недалеком будущем может коснуться. Тогда они повернут оружие против белорусского государства. А вот останется ли кто-нибудь, кто встанет на его защиту, если сторонников свободной независимой Беларуси пересажать? – поясняет свою позицию Василий.

Власти интересует не «наемничество»

Рассказывая о тех, кто попал под репрессии, командир вспомнил Виктора Мельникова, отца Яна Мельникова. Отца вызвали на допрос в ГУБОП, потом сотрудники ГУБОП и КГБ проводили у него дома обыск. Забрав при этом и его собственные вещи тоже.

Через информацию от Виктора и потянулась упомянутая выше ниточка. Меня интересовал вопрос - с каким настроением правоохранители делали свое дело, что их интересовало больше всего, можно ли по их поведению понять, под кого и для чего они на самом деле «копают».

Насколько можно судить из слов Виктора, интересовал правоохранителей совсем не факт «наемничества». Например, нашивки и шевроны из Украины во время обыска не изымались. Совсем не заинтересовали их и грамоты за различные достижения, хотя уголовное дело касается конкретного личного выбора парня, то есть характеристика его личности тоже якобы должна была иметь значение. Но ведь нет.

При этом их очень заинтересовал  блокнот с символом анархизма на обложке, который Ян вел в шестнадцать лет. А больше всего интересовали его контакты с фанатами уже не существующего футбольного клуба МТЗ-РИПО (Партизан).

«Из разговоров со старшим уполномоченным ГУБОП полковником Романом Кижапкиным, человеком образованным и умным, у меня сложилось впечатление, что им не интересны те, кто уехал в Украину и теперь уже, видимо, не скоро вернётся. Их интересуют белорусы, у которых патриотизм сочетается с готовностью действовать и давать отпор при необходимости... Если же учитывать их снисходительно-одобрительноеое отношение к бойцам «народных республик»... Кстати, от того же Кижапкина я знаю, что речь идет о десятках возбужденных уголовных дел», - говорит Виктор. - Ну, выводы вы уже сами делайте».

Видимо, потому что он… патриот ?!

По наводке Виктора Мельникова иду по следу дальше. Нахожу и расспрашиваю жену Ильи Воловика, болельщика футбольного клуба «Партизан», который был арестован и помещен 23 марта в изолятор по делу двухлетней давности, связанной с рядовой дракой между фанатскими группировками.

Алена Воловик сейчас на седьмом месяце беременности, от пережитого во время ареста мужа стресса она попала в больницу, где остается и поныне. Она немного побаивается разговаривать, так как Илья присылает ей из изолятора письма, в которых просит ничего не делать и вообще не поднимать шум вокруг него, потому что это ему якобы только навредит. Поэтому я расспрашиваю Алену о состоянии ее здоровья и о том, что за человек Илья, больше ничего.

Алена рассказывает, что Илья уже довольно давно перестал участвовать в фанатской жизни. Ждали ребенка, устраивали семейное гнездышко, он был сконцентрирован на спорте и на будущей работе тренером. Публичной фигурой не был и даже в интернете не выступал с какими-либо политическими комментариями. В отличие от Алены, которая когда-то была активисткой молодежной оппозиционной организации, он к политической активности в Беларуси относился скептически, говоря, что «в первую очередь нужно менять сознание людей».

Однако отношение к нему у правоохранительных органов явно особенное - Алена говорит о допросах десятков человек, из которых пытаются выбить различную информацию об Илье, которая не имеет никакого отношения к делу о фанатской стычке. И самого Илью пытались завербовать в обмен на свободу. Еще раньше - советовали уехать из страны и не возвращаться, от чего он отказался. Елена теряется в догадках относительно причин происходящего.

«Илья - человек чести и принципов. Для него, например, немыслимо предать своих друзей. Он очень любит историю Беларуси, вообще большой патриот. Мы когда обсуждали, как назвать детей, ой, это очень смешно было... ладно, я не буду об этом рассказывать, об интимно-семейных вещах. Хм, пожалуй, они за это на него и взъелись так, за то, что он патриот? », - говорит Алена.

И добавляет интересный факт - Илья всегда выступал против «русского мира».

«Не публично, но в беседах с друзьями он постоянно это подчеркивал, как свою принципиальную позицию. Илья категорически не принимал тех, кто кричит «Слава России!». Среди белорусских фанатов есть и такие, в основном среди динамовцев. Илья же гордился именно своей страной и любил ее», - рассказывает Алена.

«А чего это ты еще не в тюрьме?»

Встречаемся в условленном месте с двумя лидерами фанатских группировок. Назовем их Сашей и Сергеем. Они представители старой гвардии, которая хорошо помнит еще далекие девяностые. Благодаря своей богатой биографии они очень многих знают, в том числе среди представителей различных правоохранительных органов. Один из них убежденный «правый», второй - не менее убеждённый «левый». Объединяет их общий враг - агрессивный «русский мир», чьей возможной экспансии они готовы противостоять при необходимости.

При встрече друг с другом они шутят: «А чего это ты еще не в тюрьме?». Ведь за первым, по их рассказу, следили на самом высоком уровне - на автомобиле «Порше Кайен», а ко второму ночью уже врывалась группа «Алмаз» на его конспиративную квартиру. Хотя они и извинились  в конце концов - мол, ошиблись адресом - намек парень хорошо понял.

В общем, фанатские «фирмы» - одни из самых закрытых общественных организаций. Они терпеть не могут журналистов, конспирируются и стараются молчать, сохраняя тайну своей фанатской жизни, даже в случаях преследования со стороны милиции.

Но теперь им уже не до этих принципов. Сергей с Сашей говорят, что фанатское движение в Беларуси полностью разгромлено, под раздачу попали все группировки, за исключением тех, которые всегда контролировались милицией. По какому-то совпадению, добавляют ребята, это те же группировки, которые «приходят на сектора с имперским флагом (бело-желто-черный флаг Российской империи - авт.)».

Быть сильным, отличаться и иметь свою территорию

Здесь следует сделать отступление и упомянуть о неоднозначном восприятии фанатов белорусским обществом.

Очень многие воспринимают их как агрессивных «гопников», которые наносят ущерб футболу, отталкивая от него своими выходками «нормальных людей». Которые из-за фанатов семь раз подумают, прежде чем идти на матч, тем более с ребенком. Такие люди считают, что фанатов надо запретить, отправить на разгрузку вагонов, полевые работы или в армии. И заодно отобрать право бесплатно лечиться - мол, из-за таких сорванцов граждане, оплачивающие бесплатную медицину из своих налогов, вынуждены стоять в очередях на операции.

Но этим восприятие фанатов не исчерпывалось. Была и другая позиция, что фанатское движение - положительное явление. Постоянные драки вынуждают к ним соответствующим образом подготовиться, занимаясь спортом, и пусть они лучше «отдыхают» так, чем нюхают клей и т.п. И вообще, это значит, что в народе еще есть силушка, драться на улицах - это вам не сериалы смотреть, лежа на диване.

Еще до украинских событий определенная часть политизированного сегмента белорусского общества мечтательно задумывалась о перспективах, когда  эти парни перестанут мутузить  друг друга и ответят на проявления авторитаризма «силовой демократией».

К тому же, фанатское  движение всегда демонстрировало стремление «отличаться и иметь свою территорию». Благодаря этому в нем с течением времени проявилось желание отстаивать белорусскую идентичность. Немало тех, кто лет 10-15 назад приносил на матчи «имперские», а сейчас заменил их «Погоней».

Когда-то милиционеры понимали фанатов

Однако, как ни крути, они «хулиганы». Сами себя так называют и, по сути, ими же являются. Отсюда мой наивный вопрос к Саше и Сергею: разве в преследовании со стороны правоохранительных органов в отношении фанатов есть какая-то новость?

Ребята отвечают: попытка под корень истребить фанатское движение предпринимается впервые в истории Беларуси. И связана она не с «хулиганством» как таковым, на него раньше смотрели сквозь пальцы. К примеру, говорит Сергей, в 2009 году они устроили массовую драку на день рождения Лукашенко неподалеку от Дома Милосердия, не зная о том, что он собирался туда приехать. Ужас, кошмар, скандал, подрыв основ! И что в итоге? Да ничего! Даже уголовное дело не было возбуждено. Задержания, административные протоколы, «сутки» - и все.

Не раз правоохранительные органы, говорит Александр, обращались к фанатских группировкам с разного рода предложениями сотрудничества. В качестве одного из примеров - предложение отлавливать наркодилеров в обмен на вполне лояльное отношение к фанатским стычкам. Даже охрану свою предлагали - мол, деритесь под наблюдением, чтобы вас никто не беспокоил! В милиции служат в основном мужчины, милиционеры - это силовики, кто как ни они поймет необходимость иногда показать свою силу.

Саша с Сергеем упоминают ряд случаев, когда достаточно тяжелые травмы, нанесенные в фанатских драках, заканчивались для виновных условными сроками. Еще и по той причине, что фанат на фаната заявлений не писал и свидетельствовать всегда отказывался.

Одним словом, преследование ранее носило точечный характер, всегда было «по делу», ни о какой «войне» против фанатов не было и речи.

Совсем другая игра

Теперь игра пошла совсем другая, говорят Саша с Сергеем. По их данным, не менее тридцати представителей фанатских группировок из разных городов Беларуси оказались за решеткой.

«Кто за что, повытаскивали какие-то  запыленные и заплесневелые дела. Причем, сроки сейчас дают серьезные, одному парню влепили 10 лет - за то же, за что ранее давали условный срок!», - говорит Саша.

«А помнишь, когда фанаты «Партизана» облили в Минске мочой из водяных пистолетов известного российского неонациста Тесака (Максима Марцинкевича - авт.)? Он же в ответ вместе со своими охранниками устроил поножовщину. Российские гости белорусской столицы обошлись в результате десятью сутками! Парня же, получившего тогда глубокую ножевую рану, позже отправили на «химию», а когда он находился на «химии», возбудили какое-то из пальца высосанное  дело за распространение порнографии, и закрыли уже по-настоящему. Почувствуйте разницу, что называется », - говорит Сергей.

Саша с Сергеем подчеркивают: «закрывают» фанатов в основном на основании действий, которые являются преступлениями согласно Уголовному кодексу. Однако «закрывают» чрезмерно жестко, слишком массово, зачастую в связи с давно забытыми проступками, которые в другой ситуации никого бы не интересовали. Поэтому они характеризуют преследования фанатского движения как политически мотивированные.

Все началось с массированных информационных вбросов российских СМИ, которые клеймили белорусских футбольных фанатов как «семена Майдана». Это было воспринято как команда «фас!».
Перед лицом общей угрозы, белорусские фанатские группировки прилагали все усилия, чтобы объединиться, отказавшись от стычек между собой. Однако спецслужбы путем провокаций сталкивали их между собой, заставляли одних свидетельствовать против других, предавая свои принципы.

Саша говорит, что отмашку на зачистку дали из центра, но из которого центра - это еще вопрос. Он призывает вспомнить известный случай с задержанием фанатов через неофициальную национальную символику. Тогда власть продемонстрировала, что она не совсем едина внутри себя. Даже на проявление патриотизма через неофициальную символику, которую когда-то однозначно клеймили как «вражескую», оказалось, там есть разные взгляды.
«Милицейский министр, господин Шуневич, обозначил себя, как главный враг и фанатского движения, и национального патриотизма. Происхождение из Луганской области в сочетании с любовью к форме НКВД наводит на нехорошие мысли », - говорит Сергей.

Вопрос ребром

По словам моих собеседников, помимо множества дел против фанатов, связанных с мелкими уголовными эпизодами, существует одно мега-дело с шапкой «Организованная преступная группировка по подготовке совершения государственного переворота». Преступной группировкой, обвиняемой в подготовке переворота, являются фанаты уже не существующего футбольного клуба «Партизан».

Это фанатское сообщество уникально для постсоветского пространства по трем причинам.

Причина первая: долгое время до того, как закрыться, футбольный клуб «Партизан» существовал полностью на деньги своих болельщиков. То есть это была совершенно самоорганизованная структура.

Причина вторая: фанаты «Партизана» разделяли антифашистские взгляды, что само по себе достаточно редкое явление для постсоветских, хотя и нередкое для европейских футбольных фанатов. За годы своего существования они стали победителями в уличной борьбе, подмяв ультраправых конкурентов.
Причина третья: несмотря на то, что левые, антифашистские взгляды обычно связаны с антинациональной установкой, в ситуации потенциальной угрозы существованию Беларуси фанаты «Партизана» перешли на белорусский язык, стали включать национальные элементы в свою символику. И в целом обозначили себя, как патриотов, готовых отстаивать свою страну при необходимости.

Ярким подтверждением тому является известная группировка «Пошуг», с активистами которой было связано громкое дело о граффити. Группировка родилась в среде фанатов «Партизана». Оттуда же вышел Ян Мельников, известный как «белорусский антифашист в «Правым секторе.

«Фанаты «Партизана», безусловно, стоят на антиавторитарных позициях. Однако они хорошо понимали и понимают, что в ситуации очень реальной угрозы независимости нужно сосредоточиться на главном - защите независимости. Настолько насколько государство является гарантом независимости, они готовы его поддерживать. То есть они заняли открыто патриотическую позицию», - говорит Саша.

И добавляет, что их преследователи, наоборот, заняли позицию «государственно разрушительную».

«А я еще помню, как следователь, который вел дело РНЕ в начале нулевых, кричал на членов той организации: вы куда лезете, что вы рыпаетесь, разве не знаете, что здесь было Великое Княжество Литовское ?!», - вспоминает Сергей.

Сейчас, говорят ребята, среди правоохранителей существенно прибавилось людей без корней, безо всякого национального достоинства, для которых центр, на который они постоянно оглядываются, находится в Москве.

Саша с Сергеем рассказали, что усилиями людей, которые считают несправедливыми репрессии в отношении патриотов, был сделан объемный список белорусов, воюющих на стороне «народных республик». Через свои каналы тот список был передан «куда надо», в определенный правоохранительный орган. Мол, не лучше ли обратить внимание на вот этих людей? Или хотя бы на этих людей также, для восстановления баланса?

Полученный ответ от неназванного источника в правоохранительных органах, утверждают Саша с Сергеем, был шокирующий. Там сказали, что не нуждаются в подобном списке, так как «всю нужную информацию по деструктивных элементах получают от коллег из ФСБ».

Не может ли такое положение вещей означать, задаются вопросом Саша с Сергеем, что белорусские патриоты, люди, готовые защищать свою страну в случае имперской агрессии, «зачищаются» по инициативе иностранной спецслужбы?

Дело журналиста - задавать вопросы. В подобной ситуации вопрос нужно ставить ребром. Хотелось бы услышать четкий ответ со стороны белорусских властей.


+ ФОТОГАЛЕРЕЯ

Белорусская Сицилия. Белорусская Северная Корея

Новые технологии, отсутствие средств и акцент на столичной жизни испортили минскую независимую журналистику, сузив её кругозор. На поездки за МКАД зачастую банально нет денег. Зачем ехать, если можно просто «накопать» что-то в сети. И что там вообще смотреть, если ничего интересного нет, все самое главное происходит в Минске. Такой подход, на мой взгляд, сильно исказил представление столичных журналистов о Беларуси в целом.

"Мы живём, под собою не чуя страны"

Я не один такой, но объясню на своем примере. Буквально на прошлой неделе, попав в Рогачев, я понял, что очень плохо знал свою страну. До этой поездки я был уверен, что вся Беларусь примерно такая же, как мой родной Минск. Чистая, аккуратная, с ровными и новыми дорогами, новостройками, с фабриками и заводами, которые, возможно, работают на склад, но работают. С дорожками, скамейками и фонарями в центральных парках. Почти не тронутая коррупцией, по сравнению с нашим восточным (или южном) соседом. И с политической оттепелью, то есть витринной либерализацией. В условиях, которой власти пытаются если не быть, то хотя бы выглядеть демократичными.

В Рогачеве эта картина разбилась вдребезги. Уже на выезде из Рогачева я чувствовал себя так же, как чувствовал себя летом 2014 года, окончательно выезжая с оккупированных территорий на Донбассе на территорию, подконтрольную Украине. Тогда мой итальянский друг воскликнул: «Чертов Донбасс! Наконец мы в цивилизованной стране! »Так вот, когда мы вернулись из Рогачева в Минск, я вздохнул с облегчением, будто приехал в совсем другую, свободную и благополучную страну.

Рогачев оказался чем-то средним между «белорусской Сицилией» и «белорусской Северной Кореей».

Минск - это еще не Беларусь

Кстати, я бы никогда в Рогачёв, пожалуй, и не попал, если бы моя помощь не была нужна съемочной группе британцев.  "По заказу Google британцы снимали фильм о роли новых технологий в нашей жизни. В частности, о том, как новые технологии помогают свободе самовыражения и распространения информации".  И в качестве одного из героев выбрали Дениса Дашкевича. Местного независимого журналиста, редактора сайта “Рогачёв Онлайн”, борца с чиновничьей коррупцией и безразличием.

К моему стыду, сначала я уговаривал своих коллег отказаться от этой поездки. Я понимал, насколько дорого для них время и ничего не знал о том Рогачеве. Когда же я услышал от них пересказ слов Дениса о неслыханной коррупции и невероятном уровене репрессивности местных властей, я решил, что малоизвестный провинциальный активист из Рогачёва преувеличивает, чтобы привлечь к себе внимание.

Извини, Денис!

В результате поездки британские коллеги были одновременно шокированы и страшно довольны - Рогачев в полной мере дал понять, что такое свобода самовыражения в Беларуси и с чем ее едят власти.

Денис начал съемочный день со слов: «Вы должны знать, что Беларусь - это не Минск». То есть не вылизанная, довольно состоятельная, вполне европейская из виду, упорядоченная страна. Это страна покрытая пятнами бедности, распада и чиновничьего самодурства. Страна довольно унылая и жутковатая. Не знаю, можно ли слова Дениса отнести к «восьмидесяти процентам Беларуси», как он утверждал, но Рогачев действительно оказался таким.


Болото вместо парка с фонтанами




Мы попили кофе с конфетами Roshen у него дома, обсудили планы на день и прежде всего поехали посмотреть на центральный рогачевский парк. Британские коллеги долго не могли понять, зачем им ехать в парк «с фонтанами, лебедями и французскими туристами». На властями были выделены огромные деньги на реконструкцию парка “Болото” - только по официальной, возможно, не полной информации, около 600 тысяч долларов. Хорошо, что Денис убедил британцев - ЭТО обязательно нужно увидеть своими глазами. Ну ок, давай посмотрим, без особого энтузиазма сказали британцы, но поехали.

Приехали на место. Покачали головами. Не сговариваясь, все вместе спросили у Дениса: «А где же парк ?!»

Ну как где, скептически ответил Денис, вот лебеди, вот фонтаны, вон французские туристы. По всей видимости, говорит он, власти их видят. А вот местные жители и независимые журналисты - нет. Таким образом, общество живет с властями в параллельных реальностях.

Вместо прекрасного парка мы увидели заросший сорняками и быльем пустырь, помраченный пустыми бутылками от спиртных напитков и непарных сапогами. «Возможно, осталось от французских туристов», - говорит Денис.

Пустошь «украшали» две кривые копанки с мутной водой. «Не исключено, что местные власти что-то знали о приближающемся кризисе и решили, что сейчас будет не до красоты. Лишь бы как-то прокормиться. Ведь местные жители нашли этим копанкам полезное применение - запустили сюда карасей и ловят рыбу», - говорит герой британского фильма.

Именно из разговора с местным жителем, весьма краснолицым, но умным и любознательным пенсионером с внуком, и началась какая-то «белорусская Сицилия» или «белорусская Северная Корея».

Дед весело и скептически рассказывал нам о том, что «те идиоты только хуже сделали», так как на этом месте раньше был настоящий парк с красивыми деревьями и аллеями, которые они порубили, рассказывал, как уже были завезаны материалы, но те как  появились, так и исчезли внезапно, а потом сюда следственная группа привозила мэра города, так он что-то им там показывал, ходил, мэра посадили, а парк как был Болотом (неформальное название места, которую дали местные жители - авт.), так сплошным Болотом и остается. Разве что карасей ловить, а так сплошное вредительство, тьфу, куда только президент смотрит! Может потому, что он никогда здесь не бывал, чиновники и распоясались. А может, все они там наверху одинаковые, чтобы им повылазило. Сажают кого-то постоянно, а к лучшему ни хрена не меняется.


Белорусская Сицилия


Снимаем деда, который из любопытства захотел вместе с внуком «попасть в телевизор». И тут мимо нас медленно проезжают три машины, наполненные коренастыми людьми в характерных вязаных шапочках. Вызывающе дорогих и новых на фоне “Болота”. Выглядело это, как в каком-то криминальном сериале - мафиози приехали на пустырь «решать вопросы».

«Понимаете, когда вы снимали только меня, они бы не волновались и могли нас проигнорировать. Ведь меня можно представить общественности, как пятую колонну, грантососа, проклятого оппозиционера и врага народа. А вот когда вы начали разговаривать с простыми людьми, и они стали говорить то же самое, что говорю я, у них нервы не выдержали », - поясняет Денис появление на сцене тех« мафиози », среди которых он узнал местных милиционеров и чиновников.

Стали немного на отдалении. Вышли из машины, руки в карманах, вязаные шапки на лоб, стоят и смотрят на нас недобрыми глазами. Ну ок, давай, Денис, покажи, какой ты смелый независимый журналист. Подойди и спроси, кто они и зачем сюда приехали.

Как только мы к ним подошли с камерой, «мафиози» все вместе от нас отвернулись, начали двигаться, делая вид, будто они приехали на заброшенный пустырь по какому-то  очень важному делу. Разговаривать отказались, проворчав то неопределенно угрожающее.

Мы пошли к своей машине, так как интересный сюжет интересным сюжетом, но остаться на пустыре с шайкой суровых мужиков бандитского вида никому не хотелось. А нашу машину уже прижал дорогой белый микроавтобус. Оттуда выскочила типичная белорусская начальница, которая оказалась главным идеологом города, стала хватать Дениса Дашкевича за руки, пытаясь отвести подальше от камеры. Что вы здесь делаете, что вы снимаете, почему вы никак не успокоитесь, проблем разве захотели, так я вам создам проблемы.

После долгого и бессмысленного спора с чиновной тетушкой Денис спросил, не могла бы она отпустит нас позавтракать. «Зачем вам еще завтракать, вы уже попили кофе с рошеновскими конфетами, хватит с вас. Мне кажется, что британским товарищам уже пора уехать из города, а не завтракать еще здесь ", - ошарашила нас своими знаниями Тамара Воробьева, начальник отдела идеологии, культуры и по делам молодежи. Добавив на прощание, что они «сегодня же начинают реконструкцию парка». Для этого, мол, и приехали.

Едем завтракать. За нами - белый микроавтобус и те самые три машины. Машин потом станет больше, за нами повсюду будет «хвост», по всему городу, везде будут ждать «тихари», в самых отдаленных уголках города.

Во время завтрака от «своего человека» в городском исполкоме пришло сообщение, что против нас готовится провокация. Дениса собираются арестовать за хулиганство. Позже мы получим информацию, что рогачевские власти сообщили в центр, будто британцы ходят по городу пьяные, кричат, размахивают руками и, внимание, «ведут себя неуважительно, богуют тут как короли». Таким образом они объясняли Минску организованную против нас масштабную спецоперацию.

Когда мы отъезжали от кафе, дорогу нам резко перекрыл другой микроавтобус, приехала ГАИ, проверили документы и обыскали машину. За всем этим из своего микроавтобуса следила госпожа Воробьева.

Вблизи закрытого овощного завода, в запущенном районе города с неформальным названием «Северная Корея», нас «пасли» не менее пяти машин. На всей скорости туда приехала директор караоке-бара, открытого на месте бывшей проходной завода, чтобы сообщить, что завод якобы уже чуть ли не завтра купят какие-то там россияне. Замечу, что перед тем Денис нам долго рассказывал, что за тот завод чиновники зарядили «неадекватную цену», так как, по его мнению, на город и людей им плевать, они сидят и ждут откатов. Но иностранные инвесторы, приезжавшие в Рогачев, схемы не поняли, поэтому заводы никто и не купил до сих пор. Большая их часть в Рогачеве или обанкротилась и закрылась, некоторые из них в скором времени просто развалятся.

На подъезде к закрытой мебельной фабрике дорогу нам перекрыл грузовик, возле которого суетились люди в военной форме ... Британцы перепугались уже не на шутку, место было безлюдное, закрытое, кто его знает, что здесь может случиться.


Белорусская Северная Корея


И вот как раз когда британцы начали выражать серьезную обеспокоенность, местные власти внезапно решили сменить тактику. Пришла информация из горисполкома, что нас ждут в городском музее, дабы провести для нас экскурсию, встречу с представителями администрации, БРСМ и пионерской организации, чуть ли не хлеб-соль с песнями и танцами.

Британцев это предложение испугало ещё больше, чем все, что происходило до сих пор. Денис, который говорил, что «никогда в жизни ни с чем подобным не сталкивался», поэтому ему хотелось поехать, он с трудом их уговорил.
Но когда на месте директор музея узнал, что нам не нужны экскурсия и хлеб-соль, мы хотим только встретиться с местной администрацией, чтобы спросить о парке “Болото” и препятствиях, которые мешают работе независимого журналиста, встреча внезапно была отменена. Мы простились с директором музея и перешли дорогу, чтобы пойти к горисполкому. Возле здания стояли два автобуса, вокруг которых толпились коренастые мужики в характерных вязаных шапочках. С их стороны доносилось: «Эй, придурки, что вы там снимаете? Сюда идите, мы вам тут что-то покажем!»

Одновременно с визгом к нам подкатил микроавтобус, откуда выскочила госпожа Воробьева: «Да чтобы вы провалились, что вы здесь все ходите, что вы не успокоитесь никак, что вы здесь снимаете! А ну выключи камеру, ты права мои нарушаешь, ты не имеешь права меня снимать! Поезжайте из города, чтобы я вас здесь больше не видела!» Излишне говорить, что в горисполком нас не пустили, вытолкав насильно на входе...

Британцы были довольны, что им удалось снять весь этот цирк. Но вместе с тем они были очень напуганы. Настолько, что криком кричали, когда мы остановились на заправке уже довольно далеко от Рогачева, где не работали терминалы, и нужно было подождать минут пятнадцать. Мы даже поссорились из-за этого, так как я воспринял их крик, как наезд на героического водителя, который даже бровью не пошевелил в Рогачеве во время той дикой переделки. Хотя рисковал, пожалуй, не меньше журналистов.

«Здесь чистая банда, ребята, натуральная Сицилия ... Теперь вы увидели истинную Беларусь, заглянули за вылизанный фасад. Минск - это всего лишь нарисованный очаг в каморке Папы Карло. И за тем нарисованным очагом вход не в театр, а в комнату ужасов. Жаль только, что столичные журналисты очень мало интересуются провинциальной жизнью», - смеясь, сказал Денис Дашкевич на прощание.

Когда готовился этот материал, Денис поделился с автором информацией о том, что после нашего отъезда, горисполком заказал двухметровые заборы - чтобы скрыть от нежелательных глаз то самое “Болото”.


Антироссийский Майдан

Два года назад, 18 февраля 2014 года, бывший президент Украины Виктор Янукович с  тогдашним руководством СБУ и МВД приняли решение о начале так называемой «антитеррористической операции» для силового разгона Майдана. После жестоких стычек в течение дня в правительственном квартале вечером начался военизированный штурм основного лагеря протестующих. Баррикады, БТРы и Дом профсоюзов в пламени, непрерывные взрывы разноцветных фейерверков, лязг и грохот, крики боли и пение гимна...

Впереди — три самых страшных дня Революции Достоинства. Они оказались настолько кровавыми, что уже тогда можно было говорить об очень большой цене, которую пришлось заплатить украинцам за свою мечту.

УКРАИНЦЫ ВЗЯТОК НЕ БЕРУТ!

Недоброжелатели говорили, что этой мечтой, наивной и позорной, была «халява». Соблазнили, мол, украинцев призраком лёгкого европейского пряника.

Если бы то действительно было так, революция рассосалась бы после того, как Янукович получил путинскую премию в виде 15 миллиардов долларов и скидки на газ за провал ассоциации с ЕС. Грешным делом, я был тогда почти уверен, что эта щедрая взятка прекратит протесты. Тем более что Европа отказалась участвовать в аукционе, который предлагали тогдашние украинские власти, и не предложила большей суммы. Украинцы не купились. Ни от кого на Майдане я не слышал, чтобы обсуждали те миллиарды, много это или мало, брать или не брать, кто бы дал больше. Ведь искали, как оказалось, совсем не «халявы».

Возможно, лучше бы взяли 15 миллиардов? Жили бы себе тихо-мирно, без сонма мёртвых героев, со своим Крымом и без кровавой раны Донбасса, пусть бедно, но стабильно. В семье, можно сказать, братских народов.

Вообще, странно, что украинцы их не взяли. Ведь это нормальное обывательское желание — жить здесь и сейчас, а не когда-нибудь потом. Без всех вот этих потрясений и волнений, от которых один только беспорядок. Пользоваться тем, что дают, приспосабливаться.

Они же не сверхчеловеки какие-нибудь, чтобы становиться на тернистый путь, который ещё неизвестно куда приведет. Вовсе нет, в большинстве своём такие же обыватели, как и мы. И чего только на рожон полезли?

ОТ МЕЧТЫ К БУНТУ

Возможно, дело в ненависти к настоящему, которую украинский публицист, луганчанин Александр Володарский считает основной причиной любого бунта:

«Бунт рождается из ненависти и отчаяния, а не из благородного желания «сделать мир лучше». Бунт исходит не из любви к будущему, а из ненависти к нынешнему. Он рождается из понимания, что дракона убить нужно не ради благосостояния его подданных, а просто для того, чтобы дракон умер».

Майдан начинался не с ненависти, он начинался с мечты жить по-человечески. «Мечта в принципе неплохая», — как сказал Путин в одной из своих первых ремарок по теме, скривив губы. Для украинцев эта мечта включает в себя отсутствие диктатуры — не умеют они расслабиться и получать удовольствие, когда их насилуют. Но закончился Майдан действительно лютой ненавистью и насилием.

Именно этим взрывом насилия россияне объясняли необходимость «вернуть Крым в родную гавань», на него списывали «гражданскую войну на Донбассе». Даже многие умнейший из них, вовсе не матёрые путинисты, так считают. Что невозможно было иначе, так как они должны были спасти крымчан от судьбы судетских немцев. Война же на Донбассе закономерно началась из-за того, что местное население поставили перед фактом кардинальных изменений в стране, нежелательных для них, не учли его мнения. То есть в первом случае произошел триумф гуманизма, во втором — демократии.
Это лукавство или самообман.

Даже если насильственные протесты на Майдане считать катализатором последующих событий, дело до них дошло из-за действия России, а, значит, она сама себя спровоцировала на агрессию против Украины.

СВОБОДНЫЙ ВЫБОР ПРОТИВ ПРИНУЖДЕНИЯ

Я не могу с уверенностью утверждать, что в подавлении протестов принимали участие бойцы или инструкторы российских спецслужб. Не знаю, управляли ли действиями тогдашней украинской власти из Кремле в телефонном режиме. Речь только об открытой российской политике в отношении Украины.

Кто, как не Россия, подсадил в президентское кресло Януковича, фигуру конфликтную и одиозную? Человека с криминальным прошлым, неразумного и негибкого. Политика, который заигрывал с сепаратизмом и шантажировал расколом страны, а главное — имел диктаторские замашки. Впрочем, если первоначальной целью России был бунт, который бы повлёк за собой раскол страны, выбор почти идеальный.

Трудно было представить, что с таким набором характеристик Янукович сможет стать объединяющей фигурой. Однако он едва ей не стал, когда внезапно взял курс на евроинтеграцию. Этот курс поддержала большая часть украинцев. (Да, не одинаково в разных регионах, но позже даже Евромайдан на Юге и на Востоке поддерживали 20% и 30% населения, цифра очень серьёзная.) И что сделала Россия, учла мнение «братского народа»? Нет, она развязала торговую войну. Начала выламывать руки и угрожать, на что Янукович даже жаловался Меркель в неформальной беседе.

В чем состояла главная разница между ассоциацией с ЕС и вступлением в ТС? В том, что выбор первой был свободным, к нему никто не принуждал, его делали потому, что он просто выглядел более заманчивым и перспективным.

ВЫРВАТЬСЯ ИЗ ЛАП ДРАКОНА

Неспособная привлечь, Россия берёт силой. Если же обманутые в своих надеждах украинцы выходят протестовать, российское телевидение  ежедневно о них лжёт в истерической тональности, мешает их с грязью, пририсовывая им рога и хвосты. А неразумный и негибкий российский ставленник, загнанный в угол, начинает делать ошибку за ошибкой, всё выше поднимая градус раздражения и ненависти. Тем временем Россия объясняет то, что происходит, как брошенный ей вызов, антироссийскую провокацию, необъявленную войну, покушение на её законную вотчину.

Да, в конце концов, Майдан стал антироссийским. Только совсем не в смысле этнической неприязни. Просто многим украинцам стало некомфортно в лапах дракона, который считает, что они принадлежат ему по праву и он лучше знает, какой выбор они должны сделать.


Не то чтобы мы этого не знали раньше, но теперь стало ясно со всей очевидностью, что такое интеграционная политика в российском исполнении —  это подчинение и принуждение.


Ну и что, скажут нам они, иногда нужно подчиниться, это признак взрослости — умение подчиняться, для вашей пользы стараемся, мы же вас спасти хотим! От чего? Да от всех этих евробезобразий. И вообще, это так мелко, так низко — искать лучшей жизни, меняя на неё братство, славянский союз!


Кстати, стоит обратить внимание, что Россия, которая очень часто обвиняет соседей в этноцентричности, когда они пытаются спрыгнуть с её орбиты, предлагает в качестве якобы прогрессивной идею «братства», замешанного именно на этничности. Плюс иерархию, плюс социальный консерватизм, плюс мечты о «светлом вчера».

Что в итоге получается? Классический набор матёрого национализма, даже с фашистским привкусом. И эти люди запрещали украинцам кричать «кто не скачет, тот москаль!».


ТЕСТ НА ПРИНАДЛЕЖНОСТЬ К «РУССКОМУ МИРУ»


И всё-таки пресловутый «русский мир» не исчерпывается перечисленными выше характеристиками. Есть в нём одна очень своеобразная и важная изюминка — принципиальное неприятие налаживания и благоустройства жизни. Какая-то иррациональная любовь к существованию в режиме катастрофы.


В Крыму эта тяга не так ярко себя обнаруживала, там отчасти мечтали как раз о халяве (про светлое вчера и батюшку-царя), на Донбассе же я часто сталкивался именно с этим глубинным свойством «русского мира». Его донбасских сторонников зачастую интересовали не столько возможные позитивные изменения в жизни со сменой государственного статуса, сколько зудело нечто такое подсознательное: «Пусть оно всё летит к чертям!»


Чтобы было лучше понятно, что это за зуд такой  странный, процитирую, на мой взгляд, самого русского автора. Он не просто проник в «глубины русской души», он сам видит и чувствует мир очень по-русски. Если его слова покажутся вам каким-то бредом или издёвкой, а это вовсе не издёвка, значит вам не в «русский мир», сворачивайте на другую дорогу.


Вот, Лев Пирогов, отрывок из статьи «Русская весна - 2»:


«Два года назад, когда после Крыма стало ясно, что мир наконец покатился в объятия Холодной войны, запомнилось чувство прохладной, немного зябкой, холодящей колени, но чрезвычайно приятной свободы. Весенней лёгкости.


Вот и сейчас: пока нефть медленно и липко сползала вниз, а правительственные  чиновники тоскливо блеяли, как она вот-вот «отскочит», пока всё это происходило, была тоска, была тревога... Теперь, когда нефть, наконец, решительно обвалилась, с души будто камень свалился. Господи, как хорошо не иметь!.. Снова чувствуешь себя молодым, свободным и готовым к всевозможным свершениям.

Станем ли мы от этого лучше жить? Боже упаси. А зачем? Русская весна не для этого. Кто стал лучше жить после того раза — жители Донбасса? Мы, россияне? А лучше, тем не менее, стало. Не «жить» просто лучше. Вообще».

Чтобы стало ещё понятнее или, наоборот, вы окончательно запутались, упомяну текст того же автора «Дезертиры вечности». В нём он критиковал тех русских националистов, которые «хотели видеть русский народ этаким дебёлым швейцарцем —  рациональным, расчётливым, блюдущим свою выгоду, эмоционально благополучным, «позитивным», состоятельным...».

Это всё не то! Противно и чуждо русскому человеку.

«Мы же не случайно такие — нас же умирать здесь оставили. Православие — не форпост истинной веры и не оплот даже, а скорее отряд прикрытия. Остальные (кто остальные? ну, пусть предки) уплыли за океан, а нам здесь умереть суждено, чтобы эти не догнали, не потопили тех. Мы смертники. Но вот появляются «идеологи возрождения». Говорят: а что это мы тут только водку и мухоморы жрём и тело у нас бычьей кровью намазано? Давайте-ка посеем ленок, редис, зарядим квас...»
Возможно, теперь вы поймете, откуда растут ноги у издевательских отзывов от россиян о майдановских «чае с бутербродами» и огородиках с клумбами, которые здесь насадили после окончания боёв. Ну, а также их напыщенное презрение к желанию жить по-человечески, по евростандартам.

Конечно, они могут поглумиться над украинцами: ну что, мол, зажили? Да нет, не зажили. У них своя специфическая проблема — слишком широка  вольница, которой в своих интересах пользуются люди, ответственные за поддержание и развитие государства. Не мешало бы сузить.

Но украинцы всё ещё хотят. И пока они этого хотят, с «русским миром» им не по пути.


Оригинал текста

Хунта будет?

Пока российские войска на Донбассе приостановили наступление, есть возможность поразмышлять о том, что ждёт Украину. Это зависит не только от ситуации на фронте. В украинском обществе зреют абсолютно разные варианты будущего.

ВОСПИТАНИЕ ВОЙНОЙ

Руслан Тамбиев, врач-офтальмолог из Мариуполя, просил своих друзей ответить на такой вопрос:«Что воспитывает в нас война?». Многие нашли что-то положительное в драматических событиях в стране. Говорили об «ощущении хрупкости мира», «понимании, что нет ничего невозможного», «стремлении жить сознательно уже сегодня, а не когда-нибудь потом», «способности быстро принимать решения - сначала делать, потом бояться» и о «бескорыстном желание помогать тем , кто в этом нуждается ». Вместе с тем другие называли «цинизм», «ненависть», «недоверие к людям» и т.п.
С различными проявлениями «воспитания войной» я лично сталкивался неоднократно. В своем бескорыстном желании помочь украинцы, например, могли бы претендовать на призовое место среди народов мира. Иногда их даже приходится сдерживать. Помимо того, что вместе с коллегой мы десять дней жили бесплатно в трёхкомнатной квартире, куда нас поселила Галина Флора, женщина принесла нам кофе, когда мы пожаловались ей, что где-то забыли свой, пыталась накормить, отдать свой телефон для подключения к интернету и вообще обходилась с нами как с самыми дорогими гостями. «Я не могу пойти на фронт, поэтому стараюсь сделать хоть что-нибудь», - просто объясняет Галина.
В прошлой статье я упоминал Тамару, до войны она воспитывала своего сына, Владика, одна. Отец, Сергей, разве что изредка интересовался его судьбой. Но война заставила его измениться, говорит Тамара. Сергей начал бывать в их домике гораздо чаще и много им помогать. «Раньше было не до того, я даже особо не задумывался, казалось, что есть более важные дела», - говорит он.
Но встречаешь и других людей - готовых «перестрелять их всех до одного». Кого перестрелять? Депутатов Верховной Рады, например. Или таких, что требуют «сажать пленных в клетки и показывать на площадях». Или даже «жестоко пытать, чтобы неповадно было к нам ехать». Время от времени ловишь на себе косые взгляд исподлобья, когда говоришь, что ты белорус, был на оккупированных территориях, и вообще если вдруг спросишь что-то «лишнее».
Делает свое дело и российская информационная агрессия. Во время этой поездки я уже встречал немало горячих молодых людей, которые идентифицировали себя, не колеблясь, как «фашистов».Логика здесь работает очень простая: когда наш враг называет нас таким образом, имея в виду что-то плохое, а он известен своей лживостью, вероятно, быть «фашистом» действительно круто и правильно. Вот и будем ими, пусть они там задавятся от злости.

САМОЕ СТРАШНОЕ, ЧТО МОЖЕТ ПРОИЗОЙТИ С УКРАИНОЙ

Эту тенденцию Руслан Тамбиев считает навязанной «ролевой игрой», которую он призывает не воспринимать всерьёз. Однако его всё-таки волнует распространение в обществе «вируса фанатизма». Фанатизм, говорит Руслан, влечет за собой сколачивание «стай», деление на «своих» и «чужих», появление догматов, которые не обсуждаются, и «священных коров», которых не разрешается трогать, мышление лозунгами. Руслан видит в этом полную противоположность первоначальному Майдану - открытому форума, текущему, пёстрому и живому, который должен был стать матрицей открытого общества. Самое страшное, по мнению Руслана, что может произойти с Украиной - это её уподобление России. Пусть здесь будет не «православный халифат», как там, что-то другое, на фундаменте бездумного фанатизма при любом наполнении ничего хорошего не построишь. Фанатизм хищный, поэтому ищет жертв , виновных во всех бедах. Фанатизм питается ненавистью и сам умножает её.
«Нет сил наблюдать, как люди воспитывают в себе ненависть.Вокруг слишком много стало МЫ и ОНИ, которые слишком часто  употребляют вместо Я и ОН (ОНА). Это облегчает формирование спирали насилия», - говорит Руслан.
В частности, Руслан с тревогой ожидает, что правила в Украине скоро начнут устанавливать вооружённые люди, недовольные нынешним руководством страны, склонные к простым и быстрым решениям и к упрощению действительности. Он побаивается, что из выдумки российской пропаганды «хунта» превратится в реальный факт.

МЫ НЕ ГРЕЧКОСЕИ И САЛОЕДЫ

Артём - как раз один из тех, кого побаивается Руслан.  Из-за недовольства высшим и непосредственным руководством он ушёл из тогда ещё добровольческого батальона «Азов». И не собирался возвращаться на фронт. Но не выдержал мирной жизни, вернулся, хотя и в другое военное формирование. Сейчас это настоящий «человек войны», которого не пугает перспектива полномасштабного вторжения российской армии. Наоборот, она даже привлекает его. Ведь тогда, говорит он, «война станет действительно народной». То есть, задавать тон в ней будут преданные войне люди - добровольцы.
Ответственным за поражения на фронтах Артем считает сегодняшнее руководство Украины. «Если бы не они, добровольцы ещё летом прошлого года были бы в Ростове, настолько сильным был энтузиазм. Нас власти боялись больше России, поэтому они целенаправленно давили добровольцев и добились своего», - утверждает Артём.
Он уверен в итоговой победе над Россией, но для него это уже не конечная цель. Артём мечтает о том, что украинский Майдан станет новой Великой французской революцией, Украина из объекта мировой политики превратится в субъект и экспортирует революцию в Европу.
«Мы были гречкосеями и салоедами, но вы пробудили в нас разъярённого дикого зверя. Берегитесь теперь, к прежнему состоянию мы уже не вернёмся», - говорит Артем.
УКРАИНСКИМИ ФЛАГАМИ ВСЕ ДЫРЫ НЕ ЗАТКНУТЬ

То, чего хочет Руслан - почти невозможно в условиях боевых действий. Планы Артёма, хотя и очень сильного, волевого и целеустремлённого человека, выглядят совершенно фантастическими. Однако в случае дальнейшего продолжения войны, тем более полномасштабного вторжения России, Артём имеет гораздо больше шансов на то, чтобы повести за собой украинское общество. И чем более невнятными будут действия украинских властей, тем больше у него шансов. Ведь если война сделается всеобъемлющей, «хунта», то есть военная диктатура, станет выглядеть оптимальным типом управления.
По мнению Максима Бородина, активиста экологического движения Мариуполя, для того, чтобы этого не случилось, власти на местах должны перестать заниматься имитацией патриотической деятельности. Максим выступил против инициативы городской администрации устраивать ежедневное исполнение украинского гимна в центре Мариуполя. Он считает это бесполезной тратой денег и дешёвой попыткой администрации «подмазаться» к центральным властям.
«Украинскими флагами все дыры не заткнёшь, а гимном все недовольные голоса не заглушишь. Действительно патриотическим действием теперь будет налаживание жизни. Впрочем, чиновник так устроен, что пока его не пнуть, он нормально не заработает. Поэтому общество должно активнее его толкать, не давать заснуть или заняться своей любимой активностью - имитацией полезной деятельности», - говорит Максим.
Если же чиновники этого не поймут, похоже на то, что в Украине на самом деле может появиться хунта. Та или иная...


+ ФОТО

Мариуполь. Место, где всё в один момент может закончиться

Мариуполь нельзя назвать форпостом украинства. Здесь почти не слышно и не видно украинского языка. Даже на занятиях по патриотическому воспитанию для участников мариупольский самообороны по-украински разговаривала только преподаватель и ещё один-два человека из более чем двадцати слушателей. Татьяна Михайловна, украинский филолог, которая читала лекцию на тему «Язык - душа нации»,была в восторге от аудитории - такого положительного отклика, по её словам, она ни разу не испытывала за девятнадцать лет работы в Мариупольском университете. Ни разу за девятнадцать лет. Аудитория в этом факте, который так радовал преподавательницу, увидела скорее повод для разочарования.


ТЮ!


Патриотическая символика, которую развешивает город, уже далеко не так активно портится ненавистниками, как полгода назад, когда я был здесь в прошлый раз, но и своей для горожан она не стала. Её очень редко можно встретить на прохожих, в машинах, на балконах и зданиях частных учреждений. Открыто её демонстрируют лишь бойцы добровольческих батальонов и члены местной самообороны. Если вдруг встречаешь её на обычных гражданах, она резко бросается в глаза, воспринимаясь как вызов.

На улице уже не услышишь гневных разговоров о «бандеровцах», хотя объяснение этому может быть разное. То ли они оказались не такими уж страшными, то ли горожане испытывают боязнь перед воображаемыми репрессиями с их стороны за нелояльность. Впрочем, если человека с ружьём зацепить боятся, то фразы типа «как уже надоела эта Украина», «Украина нам ничего не дала», «Украина у нас только забирает» и т.п. услышать можно, и очень часто.

Распространённость антиукраинских настроений отрицает разве что генеральный директор ахметовского завода «Азовсталь» Энвер Цкитишвили. По его словам, Ринат Ахметов буквально спас город, в частности, через целенаправленную политинформацию среди заводчан. Им, мол, долго и упорно объясняли, что не стоит смотреть в сторону России, надо держаться Украины, и они в конце концов всё поняли. Подкрепляя слова сохранением рабочих мест, несмотря на кризисную ситуацию, и даже ростом зарплат.

На эту радужную картину Сергей, рабочий с «Азовстали», реагирует по-мариупольски: «Тю!». Он утверждает, будто предприятие задолжало ему не менее 15 тысяч гривен, а ему семью кормить, из-за этого он пошёл к начальнику и пригрозил ему зажигалкой, чтобы тот отдал деньги. Начальник дал ему тысячу гривен, потом, видимо, вызвал милицию, и по дороге домой Сергея скрутили.


«ПУСТЬ ХОТЬ КУАЛА-ЛУМПУР СЮДА ПРИХОДИТ»


Сергей также рассказал, что в Широкино на отвоёванных «ополченцами» позициях украинских военных якобы находят «немецкие каски и флаги», то есть «ребята из ДНР» делают правильное дело, сражаясь с нацистами, как воевали их деды. Он сам подумывал о том, чтобы пойти в армию, потому что там как будто платят лучше, но за «нацистов» воевать не хочет, а за ДНР не решается. Или не осмеливается сказать, что хотел бы. Войну нужно остановить, не стоит бояться, что «ополченцы» пойдут на Киев, дальше Харькова не пойдут, но Харьков отдавать не нужно, Мариуполь тоже не надо, Украина должна быть единой и неделимой, а как это сделать, если перестать сопротивляться, Сергей не знает.

Именно такой, запутанной и непоследовательной, является и позиция самого Ахметова. Александр, старший мастер завода им. Ильича, говорит, что Ахметов всё ещё имеет огромное влияние на работников, и действительно при желании может настроить рабочих своих заводов определённым образом. Но из-за двойственности своего отношения к войне на Донбассе только вносит сумятицу в их умы. В бригаде Александра из семидесяти человек, говорит мастер, Украину поддерживают примерно пятнадцать, остальные возлагают свои надежды на Россию. Обусловлено ли это экономической целесообразностью? Нет, говорит Александр. Они продают свою продукцию по большей части в Европу и США, и только половину кокса получают из России. Поэтому со стороны рабочих это скорее «гуманитарный» выбор. Причём, что интересно, многие из них одновременно планируют побег из города на случай прихода сторонников ДНР в Мариуполь.

Александр посмеивается немного над рабочими, но и сам говорит, что ему уже настолько всё равно, что «пусть сюда хотя Куала-Лупур приходит, лишь бы деньги нормальные платили». Ещё год назад Александр получал около тысячи - тысячи двухсот долларов. В связи с драматическими событиями на Донбассе сначала снизили объёмы производства, а вместе с ними зарплату, потом от неё осталось с гулькин нос из-за девальвации гривны. Сейчас мастер получает жалкие деньги - около 140 долларов в месяц.

НАСТОЯЩИЕ ГЕРОИ

На самой линии фронта, под звуки канонады, это «пусть хоть Куала-Лумпур» приобретает угрожающее звучание. Тем более что, по данным разведки, которыми поделился со мной Евгений, боец батальона «Киев-2», в Мариупольском подполье ждут своего часа полторы тысячи человек. Готовых в нужный момент выступить с оружием в руках, когда основные силы украинских защитников выйдут из города, чтобы противостоять наступлению, которое начнётся для отвлечения внимания. Впрочем, если враг обойдётся без этих обиняков и просто ударит в лоб, дать ему отпор нечем.

Так утверждает не только Евгений, но и бойцы других батальонов, которых я опрашивал. Надежды нет никакой, говорят они, оставаясь здесь вопреки её отсутствию.

«Не понимаю, когда меня спрашивают, почему я это делаю. А как ещё? Другой страны у нас нет и за нас никто этого не сделает », - говорит Евгений.

Готовые умереть бойцы, безусловно, заслуживают уважения, но для меня не они главные герои сегодняшнего Мариуполя. Места, где, как говорит мариупольская журналистка  Юлия Гаркуша, «в один момент всё может закончиться». Её мать изрядную часть жизни отработала на атомном ледоколе «Ленин» в Мурманске, по 11 месяцев не видя ничего вокруг, кроме ледяной пустыни. Сейчас она получает пенсию в размере тысячи гривен - менее 50 долларов по нынешнему курсу. При этом «строит» всех на своей улице в частном секторе на Левом берегу.

«К Путину захотели? Ну, позвоните в Кремль, пусть он пришлёт за вами вертолёт, вырежут ваш участок земли и перенесут куда-нибудь в Магадан. Нет, не нравится? Почему же? Магадан - это самая настоящая Россия и есть », - говорит Вера Ивановна.

Сегодняшний Мариуполь запомнится мне воспитательницей, нянечкой и медсёстрами дошкольного санатория «Айболит», который сейчас работает частично как детский дом и приют для детей беженцев из зоны боевых действий. Чистый, уютный, нарядный. До сих пор стоит перед глазами картина, когда дети радостно танцуют с воспитателем в музыкальном классе, а совсем недалеко бабахают миномёты и «Грады». И ещё Татьяна Петровна, главный бухгалтер дошкольного санатория, которая принимала нас и просила как-то помочь - не им, а забытому детскому дому в Донецке для детей с ВИЧ.

Или Мимоза Давыдовна, директор Территориального центра социального обслуживания в Орджоникидзевском районе Мариуполя, где размещаются беженцы из Широкино. «Украина нам ничем, ничем не помогла», - говорит, рыдая, старенькая женщина, у которой нет родственников и ничего не осталось от дома. «Ну как же не помогла, вспомните, сколько всего вам волонтёры принесли», - спорит с ней Мимоза Давыдовна. «Это всё благодаря вам. Вы - наша Украина », - говорит старушка.

ПРИШЛА ПОМОЛИТЬСЯ ЗА НАШУ УКРАИНУ

Как и по всей остальной стране, члены Украинской православной церкви Киевского патриархата и здесь не сидят сложа руки. Сейчас в Мариуполь переехала Донецкая епархия, на выезде из Донецке машина епископа Сергия была обстреляна. Похоже, что за ней специально следили. Таким образом пророссийские боевики дали церкви наивысшую оценку за её участие в общеукраинском деле. Хотя в четырёхсоттысячным Мариуполе находится всего три их прихода, они являются одними из наиболее активных благотворительных организаций. Одних бездомных и беженцев они кормят до ста человек в день. На всех готовит 81-летняя бабушка, этническая гречанка по происхождению. Раз в неделю она также обычно делает вареники, которые священник потом развозит по блокпостам. Всего Мариупольская церковь передала тонны различной помощи. Помогают они не только военным, но и Обществу инвалидов, и «Фонду помощи детям Донбасса», курирующего тех, кто не попал в списки Фонда Рината Ахметова, и нескольким детским домам семейного типа.

Отец Владимир привёз нас на службу в батальон «Святой Марии», куда пришла девушка лет двадцати на вид. У неё дрожали руки, она была совершенно бледная. Как потом выяснилось, Тамара, которой на самом деле двадцать семь, одна воспитывает восьмилетнего сына, а её отец умирает от рака. Она говорит, что для первоначального лечения отца, которого очень любит, должна бы продать всё, что имеет, остаться ни с чем. Государство помочь не может. Из-за отчаяния Тамара сама тяжело заболела - нервная система не выдержала. На лечение тоже нужны немалые деньги. А тут ещё война ... Каждый взрыв, даже просто каждый вооружённый человек вызывают у неё шоковую реакцию.

«Пришла просить за отца, так как некого больше просить. И помолиться за нашу Украину», - говорит Тамара.

К счастью, Тамара здесь встретила людей, которые посочувствовали ей, обняли и дали немного денег на подарок её сыну (она сказала, что купит ему энциклопедию, так как он очень любознательный). Тамара вся просияла и сказала на прощание: «Если Украина выстоит, это произойдёт благодаря простым людям, которым не всё равно. Тем, кто видит вокруг себя людей, а не абстрактные единицы».


+ ФОТО

Украинцам нужно стать немного грузинами

Будь я склонен к преувеличениям, я бы сказал, что вторая по величине народность в Украине — это грузины. Что они здесь повсюду, встречаются на каждом шагу. На самом деле я пока встречал всего пятерых. Они опровергли моё представление о себе, как о маленьком народе, где все знакомы. Никто из них не знал моих родственников, живущих в Тбилиси, и друг друга («Ваха? Кто такой Ваха? Бесо? Какой такой Бесо?»). Но то, что все они были горячими патриотами Украины, это точно. Один из них тут же попытался подарить мне новую куртку «Mexx» со своего плеча, приняв за вернувшегося с фронта бойца, и в итоге отдал её моему сыну, не принимая отказа. Другой вызвался бесплатно помочь в очень важном и непростом деле за то, что я «друг украинского народа». В конце концов я встретил командира «Грузинского национального легиона», добровольческого формирования, воюющего на Донбассе, Мамуку Мамулашвили. Огромного добряка, косая сажень в плечах, с мягким голосом и немного детским выражением лица, для которого эта война — уже четвёртая война с Россией. Которая длится для него уже десять месяцев. И на этот раз, уверен Мамука, Россия выйдет проигравшей. Должна проиграть, иначе «всё будет Донбасс».

Когда я спросил у Мамуки, чем он занимался до того, как стать военным, тот, смеясь, ответил: «Играл с игрушками». Он самый молодой грузинский ветеран. Пятнадцатилетие Мамука отметил в плену у российских военных в Абхазии, куда попал на четыре месяца, уйдя на войну вслед за своим отцом, генералом Зурабом Мамулашвили. Потом была Чечня, потом российско-грузинская война 2008 года. Несмотря на такой послужной список, у Мамуки два высших образования. Международным отношениям, например, он учился в Париже. Был политическим советником министра обороны Грузии во время президентства Саакашвили. Кроме того, Мамука является президентом грузинской Федерации смешанных единоборств, в просторечьи — «боёв без правил». Во время Майдана грузинская команда, выступавшая под его руководством на чемпионате мира в Баку, получила три призовых места и вышла получать награды с жёлто-синими флагами в знак поддержки украинцев.

Вы не встречались по линии «боёв без правил» с харьковским «Оплотом», печально известной в Украине организацией, ставшей одним из оплотов российской агрессии на Донбассе?

— Встречались, и не один раз. Последний — в 2013 году, когда они проводили в Харькове «чемпионат Советского Союза», так это называлось. Как понятно из самого названия, мероприятие было не только, а может, и не столько спортивным, сколько политическим. Его организаторы старались выжать из бойцов, людей, сами понимаете, не очень разговорчивых, максимум возможного для пропаганды идеи «русского мира» под ностальгическим советским соусом. У каждого спортсмена брали интервью перед боем, провоцируя его таким образом, чтобы он присягнул имперскому «единству». В общем, уже тогда была понятна агрессивная направленность этой организации против Украины, они её не скрывали, просто некому тогда было обратить на это внимание. Мы не стали участвовать в этом балагане, держались в стороне, в рамках спортивного мероприятия. Но понять наше отрицательное отношение можно было. Только их руководитель, Евгений Жилин, думаю, он работал на ФСБ, оказался туговат умом. До него не дошло. Когда началась вся эта заварушка в восточной Украине, Жилин додумался предлагать нам в ней поучаствовать! Давай, мол, вместе «бандеровцев» бить. Совсем глупый, да? Мы его, конечно, послали. Я ему сказал, что однажды его самого поймаю и лично надеру задницу. Постараюсь сдержать своё слово.

А зачем вам это всё, Мамука? Бойцовский азарт? Желание взять реванш?

— Если вы имеете в виду, что мы какие-то озлобленные люди, которые приехали убивать русских из личной ненависти к ним, то это не так, конечно. Мы, во-первых, просто сильно любим Украину, она же попала в беду, чему виной Россия, а во-вторых, защищаем здесь свою собственную страну. Война на Донбассе — это продолжении войны в Грузии, или даже шире — один из эпизодов войны на просторах бывшей российской империи, просторах бывшего СССР, как её инкарнации, которая вспыхивала в разных местах по одной причине — фантомных имперских болей. Пора бы уже этот пожар потушить, а империи — окончательно распасться. «Доктор сказал в морг, значит в морг», как говорится.

Как вам кажется, есть ли разница в восприятии грузин и украинцев России?

— У нас, грузин, есть чёткое, твёрдо усвоенное представление о России как об агрессоре. Как об очень коварном и опасном враге. К сопротивлению которому мы морально всегда готовы. Многие украинцы ещё не до конца избавились от иллюзий, у них не выветрились лживые рассказы о братстве. Россия если и брат, то это брат Каин. Как человек военный, я считаю, что украинцам надо научиться ненавидеть. В то же время, как христианин, я не могу призывать к ненависти, поэтому скажу так: нужно научиться правильному отношению к врагу — без лишних сантиментов. Чем скорее придёт это осознание, тем меньше жертв будет, тем скорее закончится война. Колеблющаяся масса создаёт благодатную почву для расширения пространства войны. Возьмите те же Харьков и Одессу. Почему там гремят взрывы? Парадоксальным образом, потому что там есть немало людей, которые не видят в России врага. Всем украинцам стоило бы стать немного грузинами.

Когда вы говорите о чётком восприятии грузинами России как врага, речь идёт об официальной позиции грузинских властей?

Нет, только об ощущениях грузин как народа. Абсолютное большинство грузин поддерживают Украину и желают ей победы в этой нелёгкой битве, можете быть совершенно уверены в этом. В то время как нынешние власти, например, долго не давали приземлиться самолёту с телом первого погибшего на Донбассе грузинского солдата, в течение суток его не принимали в грузинском аэропорту, двенадцать часов пришлось ждать в Ереване. Видимо, спрашивали у Путина разрешения по телефону. Или напряжённо придумывали оправдание перед ним. Красноречивый факт, по-моему.

Может быть, вы что-то знаете о Тархане Батирашвили, выходце из Грузии, более известном под именем Абу Умара аш-Шишани, который возглавляет одну из исламистских группировок, воюющих в Сирии против Асада?

— Лично я с ним не знаком, ничего не могу о нём сказать. Но я считаю, что на той войне грузинам делать нечего. Каждый грузин сегодня должен воевать в Украине — против России. Она угрожает не только Грузии, но я не считаю себя вправе призывать граждан других стран, пусть каждый сам делает свой выбор. Могу только сказать, что крепко задуматься стоило бы всем народам, которые Россия записывает в «братские», и всем государствам, чьи территории когда-то входили в состав российской империи.

Как международник, что вы думаете по поводу позиции стран Запада в отношении этой войны?

Пока я вижу только явственное желание от неё отгородиться, стараться не замечать, вытеснить её куда-то на периферию сознания, чтобы не слишком беспокоила. В каком-то смысле такое отношение потворствует дальнейшей агрессии России, что может привести в итоге к росту её аппетитов и тогда конфликт распространится на другие европейские страны. Это может быть губительно, катастрофично для Европы. И значительная доля вины за эту возможную катастрофу будет лежать на ней самой. Нельзя подкармливать очередного фашистского монстра своей нерешительностью. Путинская Россия от гитлеровской Германии может отличаться в каких-то нюансах, но интеллектуально, скажем так, это одинаковые образования. И одинаково опасные.


Оригинал + ФОТО

Я злой

Иннокентий Володин и Светлана Давыдова

Мне кажется, что между реальной Светланой Давыдовой и литературным Иннокентием Володиным, с которым её теперь часто сравнивают, есть большая разница.

Светлана Давыдова позвонила в украинское посольство, чтобы сказать о возможной переброске воинской части ГРУ, находящейся возле её дома, в Украину. Володин позвонил в посольство США, чтобы попытаться предотвратить готовящуюся кражу чертежей атомной бомбы советскими агентами.

При всей своей лютой ненависти к сталинскому СССР, поступка солженицыновского героя я не понял. Монополия на самое смертоносное оружие — слишком большое искушение для кого угодно, да и США — не страна безгрешных эльфов. К тому же, любой разумный человек мог бы предположить теоретическую возможность упреждающего атомного удара в следствие своего звонка. Десятки, сотни тысяч, а то и миллионы смертей. Наверное, живя в сталинском СССР, можно было ненавидеть его настолько, чтобы закрыть глаза даже на такие последствия его разрушения. Но меня как-то передёрнуло. Как передёрнуло, помню, высказанное кем-то желание в 2001-ом году, чтобы нас освободили от Лукашенко натовские бомбардировщики. От несоразмерности цели и средств передёрнуло.

Звонок Светланы Давыдовой в украинское посольство можно было бы не понять в одном случае — если бы «гибридная война» велась на Кубани. Милитаризованной Украиной, у которой от взлетевших до небес цен на подсолнечное масло воспалился великоукраинский шовинизм, а до этого она отжала Приднестровье у Молдовы и Полесье у Беларуси. В то время как Россия, изнурённая бесстыдным грабежом правящего класса и сотрясённая чуть было не утопленной в крови демократической революцией, находилась в коматозном состоянии.

Светлана Давыдова не помогла в силовом противостоянии сильному враждебному государству. Собственно, она вообще никому и ничем не помогла. Но отчаянно и судорожно хотела помочь слабому — народу, который в её стране до этого годами называли «братским», а сейчас терзают, паля по нему из тяжёлых орудий и телевизионных гиперболоидов. Ведя против него как бы тайную, поэтому особенно подлую войну. Против которой должен бы восстать каждый честный россиянин.

Однако многие россияне, даже те, что как бы из «честных», кивают сейчас на юридические аспекты поступка Светланы Давыдовой. Дескать, ну, по закону-то она всё же виновата-с... «А покупал ты её по советским законам? Или, может, по советским законам ты её воровал?» В ситуации, когда Россия тайком перебрасывает своих солдат в Украину, потом тайком вывозит их в рефрижераторах назад и тайком хоронит на родине, когда она крадёт украинских солдат на украинской земле и шьёт против них липовые дела, при этом стеная со всех телеэкранов страны, что она к войне в Украине ну никакого отношения не имеет, — это подленькое фарисейство говорить о каких-то «юридических аспектах» поступка Светланы Давыдовой.

Её поступок нравственный и очень сильный. Собственно, Светлана и её муж, который, оставшись с кучей детей на руках, публично осуждает российскую агрессию против Украины, — это те праведники, благодаря которым Россию ещё пока рано стирать с лица земли.


PS. И хотелось бы мне сказать «Je suis Svetlana», но я совсем не уверен, что оказался бы способным на такой подвиг.

Обмотайте вывалившиеся кишки полиэтиленом

Все общественные активисты, с которыми я встретился в Мариуполе, были довольно сдержанны в оценке настроений населения города в целом. Женщина, тренирующаяся в местном отряде самообороны, вообще сказала, что «в своём подъезде и на работе я одна такая (патриотка)». Это не мешает альтернативно настроенным горожанам возмущаться, что «несколько сотен человек в вышиванках говорят за весь город, будто тут все такие».

Безусловно, далеко не все здесь такие. Но окружающий мир интересуют те, кто занимает активную позицию, на них обращается всё внимание. Весной это были сторонники ДНР, теперь - украинские патриоты. Именно они формируют повестку дня в городе и создают его лицо. Я могу сравнить, весной черты этого лица были намного менее приятными.


Мариуполь - не Донбасс

Мы поговорили с Ярославом Матюшиным, общественным активистом, живущим в левобережной части Мариуполя, всего за несколько остановок от восточных блокпостов - места регулярных обстрелов. «Зато на будильнике можно сэкономить. Каждое утро в половине седьмого «Грады». Лепота!», - с юмором говорит он про обстрелы.

- Когда я был у вас весной, визуальное присутствие ДНР казалось не слишком серьёзным.
- До Левого берега они не добрались, занимали в городе всего один квартал в центре, на пересечении улицы Греческой и проспекта Ленина. Здесь тусовалось несколько десятков российских наёмников и примерно столько же местных гопников. Их «военный комендант», Андрей Борисов, постоянно жаловался на то, что никто не хочет идти воевать.

- Свой след они, однако, успели оставить.

- Да, эти гопники, которым дали «пистики» и развязали руки, разбомбили в центре все ювелирки и магазины, торгующие смартфонами и гаджетами. Облагали «революционным налогом» бизнес. Кто-то его платил, но, например, братья Сапаровы, владельцы службы ритуальных услуг, в ответ на угрозы привезли им в начале июня под штаб гроб, раскрашенный в цвета флага ДНР. Через неделю после этого «подарка» ДНР у нас была действительно похоронена - Мариуполь освободила украинская армия.

Впрочем, техническая возможность зачистить город силами местного гарнизона милиции была и раньше. Только милиционеры все ждали российских зарплат по две тысячи долларов, поэтому стали коллаборационистами, иначе не могу их назвать. Теперь они как шёлковые, когда в городе стоит армия, но нужны другие кадры, веры им никакой нет, это такая мина замедленного действия.
   
- Значит, ДНР держалась на смычке гопников и милиционеров?  А что остальное население, поддерживало Украину?

- Население жило согласно известному стереотипу, что юго-восток не может разделять национальные идеалы. Майдан вызвал у мариупольцев раздражение и злость, его победу они восприняли как собственное поражение. Аннексию Крыма встретили с пещерной радостью, появление ДНР - с визгливым энтузиазмом... Почти три месяца существования в ДНР этот энтузиазм сильно охладили. Они же не создали в городе ничего, кроме проблем.

- Действительно, не слышал, чтобы эти месяцы в Мариуполе вспоминали с ностальгией. Но некоторые говорят, что при ДНР было плохо, потому что это была «неправильная» ДНР...

- Всегда можно съездить в Донецк, здесь недалеко, посмотреть на эталон. Те, кто там бывает, возвращаются и говорят: да ну его на фиг. Бегут же оттуда к нам, а не наоборот.

- Теперь мариупольцы стали украинскими патриотами?

- Надо сказать, что Мариуполь - не Донбасс. Ни географически, так как Донецкий угольный бассейн заканчивается далеко от нашего города. Ни ментально, потому что мы люди южные, более расслабленные, беззлобные. Озлобленных на всё людей, а именно такие стали «дровами» пожара на Донбассе, у нас всегда было значительно меньше, чем в Донецке.

И патриоты в Мариуполе всегда были. Хотя, как я шучу, сложно любить Украину, когда вокруг тебя сплошной Донбасс. Но они пребывали в аморфном, сонном состоянии вместе со всем городом. Последние события разбудили всех, украиноненавистников и патриотов. На мой взгляд, вторых всё же больше, чем первых. Нет, я могу ошибаться, сам-то варюсь в патриотически настроенной среде, но я действительно был приятно шокирован взрывом патриотизма. Для меня стало абсолютной неожиданностью, что у нас столько людей, готовых что-то делать ради Украины.

«Батальон Кикимор»

Большинство готовых что-то делать людей концентрируются вокруг «Нового Мариуполя» - объединения волонтёрских организаций, возникшее в связи с войной. «Новому Мариуполю» приходится закрывать собой бреши в инфраструктуре государства. Они обеспечивают военнослужащих рациями, берцами, касками, бронежилетами, биноклями и т.д. Занимаются также помощью раненым.

«Именно нам звонят военные, когда везут раненого. Мы выезжаем, берём с собой одежду, средства гигиены и необходимые медикаменты. Я уже сбилась со счёта, сколько у нас было таких выездов, точно несколько сотен», - говорит Мария Подыбайло, в мирной жизни старший преподаватель кафедры международных отношений Мариупольского государственного университета, а ныне координатор волонтёрского объединения. За всё лето море она видела лишь однажды, когда они привозили вещи на базу одного из добровольческих батальонов, не имела ни одного выходного.

Мария ведёт меня по коридорам помещения, которое отдала им газета «Вечерний Мариуполь», чтобы показать «нашу гордость». «Батальон кикимор», как мы их в шутку называем», - объясняет она.
В помещении сидят миловидные пожилые женщины и плетут из подручных материалов (веников, нитей мешковины, камыша) те самые «кикиморы» - маскировочные плащи, раскрашивая их под местный ландшафт. Если их приобретать в специализированных магазинах, они стоят полторы-две тысячи гривен за штуку, самодельные получаются гораздо дешевле, если же учесть, что в них вложена частичка души - вообще бесценные.

Женщины из «батальона кикимор» говорят, что здесь наконец почувствовали себя дома, на своей земле. Раньше каждой из них врозь было одиноко, они не знали, есть ли рядом ещё кто-то, кто разделял бы их взгляды. «Редко-редко когда встретишь такого человека, обниме-е-е-ешься. Но чаще было не понять, где ты, что это за город, чей он, и как найти своих. Сейчас мы видим, что нас совсем не так мало, как нам казалось», - наперебой рассказывают они.

Ещё один мотив - избавление от ощущения, что «всё пропало».

«Зачем сидеть и биться в истерике?.. Возвращаюсь я на днях отсюда домой, иду по улице, мне звонят, кричат: что там случилось, почему сирены гудят?! Не знаю, говорю, у меня тихо. Нет, я слышу сирены, но мне так спокойно, что нет до них никакого дела», - объясняет одна из «кикимор», почему она сюда приходит. Другие подхватывают, соглашаются - начни действовать, делать что-нибудь, чтобы исправить ситуацию. «Я знаю, что если солдат одет, обут, имеет необходимое снаряжение, сыт, то он будет способен воевать, защитить меня. Он поймёт, что он необходим народу», - говорит женщина. «Мы же понимаем, что если Мариуполь падёт, остальная Украина не выстоит», - говорит другая.

«Вот так, видите, на наших девочках держится вся Украина. И если у кого-нибудь есть шальная мысль, - мы это всем говорим, в том числе господину президенту,-  сдать Мариуполь, вы её бросьте!», - подводит черту Мария.
   
Забудьте про вату

Игорь, отец Ярослава Матюшина, занимается подготовкой местной самообороны - будущих бойцов батальона «Мариуполь». «Честно говоря, когда я узнал о мирном соглашении, предательском, на мой субъективный взгляд, у меня была истерика. Давление повысилось, и всё такое. Но потом я вспомнил старый добрый революционный призыв: к оружию, граждане! Они там про что-то договорились, ну и пусть, я-то ни с кем не договаривался. Теперь я в полном порядке. И вместо давления у меня повышается тестостерон, женщины просто прохода не дают», - шутит Игорь.

Что касается подготовки будущих бойцов, она нешуточная. Приезжают заниматься с ними в качестве инструкторов бойцы с фронта. У них не лица - портреты. Пожалуй, каждого можно брать на обложку тематического номера журнала с подписью «Человек войны». Кожа на лицах натянута так, что они, кажется, физически не могут улыбнуться. Рассказывая об обработке раны на поле боя, инструктор случайно сказал очень смешную вещь: «Никакой ваты, забудьте про вату!» Все кадеты дружно засмеялись, а он со своими побратимами даже не улыбнулся. Только ещё раз тщательно объяснил, почему вата в таких случаях не подходит.

Он вообще настолько тщательно всё объяснял, что даже я, посторонний наблюдатель, почти всё запомнил. Ведь человек делился практическими знаниями с желанием помочь слушателю в будущем спасти собственную жизнь.

Знаете ли вы, как падать, если в помещение, где вы находитесь, бросают гранату? Ни в коем случае не животом вниз. Надо упасть на спину, прижимая к животу автомат. Взорвётся граната или нет - ещё неизвестно, но если вы будете лежать на животе, вас пристрелят как того кролика. Если же падаешь в поле во время обстрела, надо сводить вместе пятки, а руками, согнутыми в локтях, прикрывать бока. Таким образом будут защищены главные артерии и «будущие дети». Нет каски - падаешь ухом на землю, чтобы голова меньше торчала, есть каска - втягиваешь голову в плечи, тогда каска прикроет шею.

Что нужно сделать прежде всего с человеком, который получил сильное ранение в голову? Ему нужно завязать глаза. Чтобы он не видел лиц, которые будут на него смотреть с выражением «о, братан, тебе кранты».

«Если вас или вашего побратима ранили в живот, и вы видите, что выпали внутренности, не пытайтесь запихнуть их обратно - всё равно правильно не запихнёте. Обмотайте полиэтиленом, но так, чтобы человек мог встать и вздохнуть, а не стоял как робот», - рассказывает инструктор.

Раненому в глаза нужно приложить к глазам мотки скотча или что-нибудь в этом роде, и только потом перебинтовать сверху.

И т.д., и т.п.
В каждом случае он упоминал кого-нибудь из своих побратимов, тех, кто сумел выжить или тех, кто погиб. Я был очарован его монотонным, как бы безэмоциональным рассказом.

«Глупая война, бессмысленная, позорная... Не ждите, что вам придётся ходить в атаку с криком «за Родину!»... Тут только лупят из тяжёлой артиллерии куда попало, ведь даже разведки нормальной нет, ни у нас, ни у их... Может, я бы вернулся домой, но мне некуда возвращаться, нет у меня дома, там сейчас ДНР. Некрасивая война, бессмысленная, позорная... (он повторял этот рефрен время от времени) Да, я знаю о всех подлостях, которые на ней делаются, в том числе с нашей стороны. Знаю, и всё же остаюсь здесь. Ведь главное, чтобы я сам не делал подлости. Делал только то, что должен делать. И вы делайте то, что должны делать. Защищайте с достоинством свой дом», - сказал солдат.

фотки - здесь

Я злой

ХАРЬКОВ : КРОВАВЫЕ «АНТИФАШИСТЫ»

Харьков не заслуживает того, чтобы упоминаться только в связи с сепаратистским мятежом. Я очень ошибался, представляя его этаким безликим промышленным советским городом. На самом деле это очень своеобразный город, где советское не только выглядит интересным, но и удивительно органично сочетается с европейским.

Ильич идет на штурм обладминистрации

Фридрих Шеллинг называл архитектуру «застывшей музыкой». На мой взгляд, советская архитектура в моем родном Минске - это застывший бюрократический абсолютизм. Другое дело в Харькове, где сохранилось много образцов авангарда двадцатых - начала тридцатых годов. В нем воплощается пылкость, вызов и футуристичность советского проекта. Того периода, когда коммунизм был «молодостью мира».

Даже в памятниках Ленину в Минске и Харькове можно увидеть эту разницу. Неподвижно стоя на трибуне спиной к Дому правительства в Минске, он словно выполняет роль украшения на носу парусного судна, обычно в виде богов, которое должно было охранять древних мореплавателей от штормов. Мифического первоначальника, первобюрократа. Тогда как в Харькове Ильич идет на штурм областной администрации. Он решительно шагает в будущее - поднимается вверх, вытягивая руку с открытой ладонью, полы его пальто раздуваются от ветра...

Неудивительно, что именно здесь родился и вырос Эдуард Лимонов, который большую часть жизни был пламенным революционером - романтиком. Как и Сергей Жадан, один из наиболее известных современных харьковчан, жестоко избитый 1 марта как бандеровец пророссийскими штурмовиками, на самом деле левак. Самооборона харьковского Майдана, кстати, состоит в основном из анархистов - уникальный случай. Выступающие на Майдане иногда применяют обращение «товарищи», и это никого не смущает.

Зачем европейскому городу Россия ?

Европейская составляющая Харькова - это большое количество сохраненной старины, оригинальные скульптуры и граффити, много небольших кафешек, атмосфера уюта. Один из районов Харькова носит название «Новая Бавария».

Еще в свой ​​первый приезд сюда, в начале путешествия по горячим точкам Украины, я сказал своему собеседнику, доценту кафедры романской филологии Харьковского национального университета, Игорю Оржицкому : «Просто не представляю себе, как в таком городе может появиться стремление присоединиться к России»

Нет, российская составляющая здесь огромна - украинского языка почти не услышишь, достаточно редкий даже украинский акцент, более того, на украинскую речь кое-где странно реагируют, делают вид, что не понимают. Подавляющее количество вывесок сделано по-русски, чего нет даже в Донецке, в общественных местах часто звучит «Радио Шансон».



Но он выглядит состоятельным, образованным, богатым на уникальные особенности и гармоничным. Одним словом, европейским. Зачем ему сниматься с места и переезжать в неизвестность?

«Никакие» люди

Трудно сказать, насколько соответствуют действительности данные Владимира Чистилина, координатора харьковского Майдана, который говорит всего о 15 % желающих присоединения к России, но это точно не большинство горожан.

Почему же тогда не стихают сепаратистские выступления, почему в прошлое воскресенье количество участников пророссийского митинга значительно превышало количество майдановцев - они просто моментально смяли их?

У меня ​​есть ответ на этот вопрос. И он пугает меня самого. Ведь дело заключается в сходстве Минска и Харькова, которое вначале показалось мне просто чем-то забавным и случайным. По непонятным на тот момент причинам я вдруг почувствовал, будто попал в свой ​​родной город. Хотя внешне Минск и Харьков сильно отличаются, неуловимый дух очень похож.

Из чего же состоит сходство? Безусловно, из подчеркнутой советскости, которая до сих пор тщательно лелеется в обоих городах. Из «порядка» - в Харькове он нетипичен для Украины, но на нем также делается акцент, как и в Минске. Здесь его наводит небезызвестный Геннадий Кернес. Пользователям интернета он знаком в качестве комического персонажа, но, как говорит Владимир Чистилин, в Харькове он бы «с легкостью выиграл любые честные выборы». Владимир описывает Кернеса как «личность малообразованную, но харизматическую, настоящего бандита, но и крепкого хозяйственника».

А самое главное - жители, минчане и харьковчан, они как братья- близнецы. Медлительные, взвешенные, довольно замкнутые и какие-то гладенькие. Обтекаемые, если можно так сказать о человеке.

Обдумывая, откуда берется эта «обтекаемость», я пришел к выводу, что она вытекает из нулевой коллективной идентичности. В смысле национальной или гражданской принадлежности, это «никакие» люди. Пофигизм в этом - вполне естественное состояние души для них, жаждущей обособленности.

Один из посетителей интернет - клуба, где я пишу эту статью, невольно подарил яркую иллюстрацию к этому тезису. Кратко обсудив с администратором последние украинские новости, он добавил: «В моем мире никого не калечат и не убивают, у меня все хорошо».

В забегаловке разговор группы молодых людей, которые обсуждали Дмитрия Медведева в телевизоре:

- Смотри-ка, что-то он располнел.
- Может, просто похудел на президентской должности, сейчас опять форму набрал.
- Ребята, а я вот думаю, какая разница, худой он или полный, Медведев этот?
- Кто знает, может, будет нашим премьером...

Они не очень-то и хотят видеть его своим премьером, и ничего не будут делать для того, чтобы он им стал, но и для того, чтобы он им не стал, делать они тоже ничего не будут. Им, как говорят украинцы, «по цимбалам».

Питательный бульон сепаратистских настроений в юго-восточных регионах - не сознательная принадлежность к «русскому миру», а «никакие люди». Присуща и многим белорусам тоже...

Украинцы двух сортов

Почему же столько «никаких» людей вдруг решили проявить свою гражданскую позицию? Как бы кто ни относился к пророссийским митингам, а их участники выходят для того, чтобы проявить именно ее.

Во-первых, «никакие» люди особенно уязвимы к переменам и связанной с ними неопределенности. Им, как никому, нужно чувствовать почву под ногами. Поскольку же революция в Киеве не была их революцией, и не могла ей быть, ее победу они воспринимают как крушение заведенного порядка, наступление малого апокалипсиса. Они в панике и лихорадочно ищут полюс притяжения. Находя его в Путине. Они бы приняли и украинского Путина, но его нет и быть не может, так как Майдан стоял и стоит за радикальную демократизацию страны.

Во-вторых, они чувствуют себя людьми второго сорта в Украине. И после Майдана это чувство усилилось до нестерпимой боли. Российская пропаганда говорит, что их делают людьми второго сорта, но это не совсем так. В Украине действительно были люди двух сортов, только не западные и восточные, а властители и «народ посполитый». Однако западники всегда имели одну ценную привилегию - сильную историческую, культурную и территориально - политическую идентичность. Которая была единственной в Украине, на ней и строилось государство. Даже Янукович, эта историческая нелепость, вынужден был опираться на нее.

«Они думали, мы тут лимонадные»

В Беларуси очень слабая национальная гравитация, и я хорошо знаю по себе, насколько психологически трудно может быть человеку, чья подсознательная жажда национального не удовлетворяется. И не мне одному в Беларуси известно, что значит жить как в своей, но на самом деле в совсем чужой стране.

Как ни парадоксально это прозвучит, но сознательный белорус легче мог бы понять «никакого» жителя юго- восточного региона Украины. Которому всегда тяжела невозможность присоединиться к «общегосударственной» идентичности. А без этого есть ощущение собственной отчужденности от государства и неполноценности. При этом их коллективная особая позиция была слишком слабой, чтобы конкурировать с «общегосударственной».

Каким бы ни был Янукович, он был президентом «никаких» людей, то есть своим. У них же сначала «отняли» его в 2005 году, сейчас «отобрали» еще раз, уже навсегда. И они вышли мстить за свою двойную фрустрацию.

«Западная Украина осуществила Майдан, не спросив у нас... Всегда мы у них были то скотом, то титушками, сейчас колорадосы и сепаратисты... Они думали, мы лимонадные здесь, а мы им показали! УПА - параша, победа будет наша !», - этим небольшим коллажем из цитат можно суммировать все мои разговоры с людьми, которые решили стать хоть кем-то.

Слепая и страшная месть

Я постарался понять их, но не не могу понять мести, слепой и страшной. Которую видел собственными глазами в минувшие выходные.

В субботу все панически боялись шествия, которое организовывали футбольные фанаты (т.н. «ультрас») вместе с праворадикальной группировками. Против Путина и за единство Украины.

Боялись обыватели, боялись координаторы Майдана, боялись пророссийские активисты, боялась милиция и милицейский министр. Координаторы Майдана решили не поддерживать шествие «ни официально, ни неофициально». Аваков решил отдать приказ задерживать автобусы с радикалами на подъездах к Харькова. Представители местной милиции в частных беседах говорили, что они «готовы стрелять». Около памятника Ленину на площади Свободы пророссийские митингующие носились туда-сюда и бились в истерике: «Если мы ничего не сделаем, нас тут всех убьют!» Ссорились, прогнали членов организации «Боротьба» - якобы марксистской, а на самом деле пророссийской - как «проплаченных проституток».

В конце концов все прошло вполне мирно, если не считать мата в адрес Путина. Участники шествия даже не делали попыток прорвать кордон милиции, который перекрывал путь к памятнику Ленину. А кордоны милиции, как мы все знаем из новостей, в Украине прорываются легко и непринужденно. Особенно - подготовленными людьми.

Я поговорил с Артемом, представителем фанатов из Луганска, относительно планов, которые у них были. Вместе с другими Луганск фанатами он приехал сюда, потому что у них «появилась национальная идея: отвалите от нас, мы сами разберемся». Артем уверен, что местные жители выполняют только роль массовки в пророссийских митингах, тогда как силовые действия осуществляются через российских инструкторов и исполнителей. И он рассказал, что фанаты хотели все сделать по своему фанатскому обычаю - договориться, чтобы «колорадосы» не нападали на мирные митинги, что они неоднократно делали, назначить им встречу в отдалении месте, без телекамер, и «зарубиться». Те не согласились, сказали, чтобы приходили к памятнику Ленину, то есть под телекамеры. Тогда фанаты просто разошлись и разъехались. Все, занавес.

В воскресенье возле памятника Шевченко собралось абсолютно мирное Народное вече, где было в том числе немало семей с маленькими детьми. Единственным «оружием» участников были праздничные вербные веточки. Никаких организованных боевых групп, только Самооборона, которая здесь состоит, напомню, из анархистов - отчаянных борцов с фашистами.

Я не мастер описывать боевые действия, простите, буду кратким. Многотысячная толпа сознательно пришла сюда бить беззащитных людей, которых было чуть ли не в десять раз меньше. Как свидетельствуют очевидцы, которые присутствовали около памятника Ленину, предварительно там витали призывы «идти убивать майданутых». Они летели к памятнику Шевченко как бешеные кабаны, ревущий и рычащие.

Координаторы Майдана приняли единственное верное решение - спасать людей, отвести их к ближайшей станции метро. Но спуститься под землю успели не все. В сторону тех, кто еще оставался на поверхности, полетели дымовые шашки, взрывпакеты, а потом и камни. Как рассказал один из самооборонцев, сначала они пытались вытаскивать всех раненых, но потом пришлось оставлять их: «Ведь получалось, что ты прикрываешься раненым, как живым щитом... ».

Пророссийские боевики набросились на людей с битами, преследовали их, избивая в подземном переходе. Некоторое время Самооборона удерживала дверь в метро. Как говорит мой собеседник, им помогал один (!) милиционер, но помогал действительно героически. Наконец обалдевшая гопота прорвалась на станцию​​, где бойня продолжилась. При этом метрополитен объявил, что... станция закрывается, поезда останавливаться здесь не будут. Некоторые спасались, спускаясь в тоннель, идущий по рельсам.

Тем временем на поверхности огромная толпа окружила Дом пионеров, где скрылось несколько женщин с Майдана. Здесь звучали призывы даже... сжечь его вместе с «фашистами».

После чего они остаток дня маршировали по городу, выкрикивая «Европу в жопу», с особым ударением на последнее слово, которое им явно нравилось. Или что-нибудь оригинальное типа: «Всех наркоманов - во Львов». Последнее кричали нетрезвые люди.

Шакалы

Но больше всего меня поразил случай, который произошел у выхода из станции метро «Радянська», недалеко от горсовета. Я увидел только его финал - мужчину лет пятидесяти, с виду обычного работягу, которого бил битой юноша в маске и с георгиевской лентой на куртке. На асфальте разлилась огромная лужа крови...

Когда его задержала милиция - ее пришлось специально сюда тянуть, сами они ничего не видели и не слышали - к ним подбежала девушка, сбивчиво говоря, что на самом деле это на их компанию напал «Правый сектор». А этот вот избитый дядя ее лично первый ударил. Якобы за то, что она с гордостью носит георгиевскую ленту. Потом другие бойцы из «Правого сектора» разбежались, оставив дядю на друга. Ну, мы его и того... Девушка путала все: кто, когда, кого, сколько палок и у кого. Ей помогла группа бойцов, также с георгиевскими лентами, которая откуда-то прибежала и стала громко подтверждать все, что говорила девушка : «Да, это « Правый сектор », фашисты, шакалы, только и могут, что на мирных граждан нападать, на детей ! »

Эти слова до сих пор звучат у меня в ушах, настолько вопиющим цинизм тех, кто их произнес.

К счастью, свидетелем событий оказался Игорь Поддубный, депутат харьковского горсовета. Вот что он рассказал:
«На моих глазах около аптеки на Советской пятеро отморозков избили мужчину лет 55. Человек был один и явно ждал маршрутку. Повалили его на землю ударом сзади. Били ногами и битами по голове. Тем нападавшим не было и 20 лет с виду. На рукавах георгиевские ленточки. Что интересно, четверо, убегая вверх по Пушкинской, кричали «Слава Украине».

Что здесь можно сделать, не мне судить, но пока бездействия властей, как местных, так и центральных, вызывают недоумение.


«Мы сейчас здесь, как те рыбки в аквариуме. Плаваем от стенки к стенке, тыкаемся в стекло, и не знаем - или насыплют нам корма, или включать компрессор или, может, кипятильник в воду сунуть. », - как выразились харьковские журналисты.

Фотки здесь.

Да, не обессудьте, кровавых фоток не будет. Для этого нужно быть холодным суперпрофи, ну и просто суперпрофи. А мне как сказал один милиционер: "Ну это же не цирк, в самом деле", так у меня руки и опустились. Впрочем, и без его слов не получалось.
Я злой

Майдан: Слава вольному народу!

Революция или музей под открытым небом?

Оккупация Крыма и сепаратистские бунты в ряде юго-восточных городов Украины отодвинули Майдан в тень. Но несмотря на то, что его не видно в медиапространстве, он есть. И функция у него остается той же самой - революционные перемены в организации украинского государства посредством давления на власть. Существенное отличие - теперь его поддерживает гораздо меньшее количество людей. Революция, плохо это или хорошо, не является состоянием, в котором обычный человек готов пребывать длительное время.

Впрочем, для обывателей Майдан стал просто туристической экзотикой, хорошим фоном для фотографий. «Да какая революция, здесь все спокойно, люди гуляют, фотографируются, такой себе музей под открытым небом», - говорит кому-то по телефону русскоязычная румяная толстушка на лавочке. Хотя таксисты побаиваются подъезжать сюда ночью. Как выразился один из них: «Ребята беспечальные, им пострелять за милую душу...». Дресс-код сегодняшнего майдановца- камуфляжная форма, поэтому сейчас Майдан напоминает военный лагерь, вид у которого действительно довольно угрожающий.

Но не ворчливые и пугливые таксисты главные критики сегодняшнего Майдана. Больше всех им недовольны многие политически активные граждане, сами недавние участники протестов.

Майдан опровергает тезис о «госперевороте»

Например, общественный активист Павло Зубьюк считает, что Майдан играет отрицательную роль в контексте проблем с юго-восточным регионом. «Для того, чтобы успокоить население этого региона, следовало бы продемонстрировать, что в столице жизнь налаживается. Майдан же создает видимость политического хаоса, который пугает далеких от него людей, заставляя искать полюс порядка в другом месте», - говорит Павло.

Очень резко высказался о. Сергей Дмитриев, священник с Херсонщины, который приехал в Киев забрать собранные для военнослужащих вещи, и зашёл на Майдан, где он когда-то отпевал погибших: «Мне тут как-то грустно стало... Неужели они не понимают, что льют воду на путинскую мельницу? По сути, это игра в одной команде с сепаратистами».

Позволю себе высказать собственное осторожное мнение на этот счет. Сепаратисты обвиняли Майдан в совершении государственного переворота, который привел к власти «хунту», в чем якобы и заключалась его цель. Разве своим дальнейшим стоянием, давлением на власть, уже новую, Майдан не опровергает этот тезис? Кто-то скажет, что он не дает новой власти закрепиться, но можно сказать иначе - не дает преждевременно закоснеть.

Нельзя отпустить страну в свободное плавание

Тем не менее, здесь сейчас действительно грустновато. Большую часть дня сцена стоит пустая, никто не выступает с пламенными речами, не поют постоянно гимн. Не разносят еду и питье волонтеры. Не видно человеческого потока с продуктами и вещами для майдановцев. От бездействия обитатели лагеря выглядят куда более замордованными, чем они выглядели во время тяжелых боев. Атмосфера полусонная. И траурная, конечно, из-за стихийных мемориалов погибшим по всей территории.

Усталым выглядит сотник 14-й сотни Владимир Пак, мелкий предприниматель из Коломыи. Он находится на Майдане со 2-го декабря прошлого года и готов оставаться до парламентских выборов, намеченных на осень. Ведь, по его словам, нельзя «снова отпустить страну в свободное плавание».

- Как нельзя наесться раз и навсегда, так же нельзя за один раз изменить государство. Оно очень слабое и мы должны подпитывать его своей энергией, чтобы оно наконец пришло в себя. Мы уже сделали ошибку в 2004 году, когда решили, что кто-то принесет нам новую Украину на блюдечке.

Дело, на мой взгляд, вовсе не в том, что Ющенко оказался плохим. На меня он производил впечатление человека, способного прислушиваться к мнению народа. Только где был тот народ со своим мнением? Народ тогда еще не созрел для того, чтобы контролировать власть.

Личность руководителя не имеет большого значения. Даже вор может эффективно управлять государством, если есть действующие механизмы контроля. Механизмы отзыва, отстранения и наказания. Собственно говоря, для того, чтобы такие механизмы были выработаны, мы здесь и остаемся, - говорит Владимир.

Мой собеседник обращает внимание на то, что они уже получили маленькую победу - добились принятия закона о люстрации судей. Также, на его взгляд, благодаря Майдану власть наконец начала активнее противодействовать сепаратистам в юго-восточном регионе. «Возможно, я делаю из мухи слона, но казалось, будто существует тайная договоренность о разделе Украины по Днепру», - добавляет Владимир. Он подчеркивает, что когда-нибудь сядут на скамью подсудимых те, кто ответственен за «сдачу» Крыма. Здесь оккупацию полуострова воспринимают с болью.

Слава свободному народу!

В палатке Общественной рады Майдана находятся люди, которые разделяют анархистские взгляды. На приветствие «Слава Украине!» здесь отвечают «Слава свободному народу!». Александр, парень из Луганска, который работает в Киеве, а в свободное время приходит в палатку, говорит, что он, может, перестал бы сюда ходить, если бы не увидел, что это действительно кому-то нужно. Он приводит конкретный пример. Какая-то женщина из Киевской области хотела построить флигель. Сельская рада отправила ее за разрешением в столицу.

«Здесь принимают просителей из области два раза в неделю по полтора часа. Ну и находят у каждого какие-нибудь закавыки, чтобы разрешения не дать и отправить домой. После чего к бедолаге подходит изворотливый человек, который предлагает за деньги решить вопрос. У этой женщины денег на взятку нет, а строиться надо. Так она пришла к нам за помощью. Мы свели ее с сотней, которая занимается антикоррупционной деятельностью», - рассказывает Александр.

Разговор продолжает обитательница палатки Ольга:

- Пока мы здесь, власти имеют меньше возможностей творить произвол.

Хотя для меня лично требования национал-буржуазной революции чужды, здесь прекрасный опыт низовой самоорганизации, который нужно поддерживать и развивать. Большая часть участников Майдана - обычные работяги, у которых не было опыта участия в политической деятельности. Сейчас есть ростки осознания, что они - сила, способная оказывать давление.

Кроме того, Майдан - это свободное пространство, где каждый может предлагать свои инициативы, проводить мероприятия. Мы планируем организовывать здесь лекции, кинопоказы, выставки, - говорит девушка.

Ольга радостно вспоминает, что у них тут есть парень из Беларуси. Звонит ему, чтобы он подошел и мы могли бы поговорить. Напоминание о родине оказалось для меня шокирующим. У парня встреча с соотечественником никакой радости не вызвала. Он настолько испугался, что не мог смотреть мне в глаза и спокойно стоять. Нервно перебирал ногами, отводил взгляд... Я сразу же сказал, что не буду ничего у него спрашивать, извинился, что побеспокоил, и он отошел. Эта ситуация выглядела настолько абсурдно и дико посреди свободного пространства Майдана, что ностальгия по родине у меня сразу же исчезла.

Игорь из Информационного бюро Майдана, где раздают печатные материалы, дают советы, подсказывают, делятся контактами и просто общаются с прохожими, которые хотят высказаться, беспощадно сыпал соль на рану, спрашивая: «Скажите, возможно ли такое в Минске?"

Имелся в виду даже не Майдан в целом, а вот такая площадка, где кто угодно может обсуждать что угодно в центре города, не понижая голоса. Мне оставалось лишь грустно улыбаться в ответ.

+ ФОТО