Будимир (budimir) wrote,
Будимир
budimir

Антироссийский Майдан

Два года назад, 18 февраля 2014 года, бывший президент Украины Виктор Янукович с  тогдашним руководством СБУ и МВД приняли решение о начале так называемой «антитеррористической операции» для силового разгона Майдана. После жестоких стычек в течение дня в правительственном квартале вечером начался военизированный штурм основного лагеря протестующих. Баррикады, БТРы и Дом профсоюзов в пламени, непрерывные взрывы разноцветных фейерверков, лязг и грохот, крики боли и пение гимна...

Впереди — три самых страшных дня Революции Достоинства. Они оказались настолько кровавыми, что уже тогда можно было говорить об очень большой цене, которую пришлось заплатить украинцам за свою мечту.

УКРАИНЦЫ ВЗЯТОК НЕ БЕРУТ!

Недоброжелатели говорили, что этой мечтой, наивной и позорной, была «халява». Соблазнили, мол, украинцев призраком лёгкого европейского пряника.

Если бы то действительно было так, революция рассосалась бы после того, как Янукович получил путинскую премию в виде 15 миллиардов долларов и скидки на газ за провал ассоциации с ЕС. Грешным делом, я был тогда почти уверен, что эта щедрая взятка прекратит протесты. Тем более что Европа отказалась участвовать в аукционе, который предлагали тогдашние украинские власти, и не предложила большей суммы. Украинцы не купились. Ни от кого на Майдане я не слышал, чтобы обсуждали те миллиарды, много это или мало, брать или не брать, кто бы дал больше. Ведь искали, как оказалось, совсем не «халявы».

Возможно, лучше бы взяли 15 миллиардов? Жили бы себе тихо-мирно, без сонма мёртвых героев, со своим Крымом и без кровавой раны Донбасса, пусть бедно, но стабильно. В семье, можно сказать, братских народов.

Вообще, странно, что украинцы их не взяли. Ведь это нормальное обывательское желание — жить здесь и сейчас, а не когда-нибудь потом. Без всех вот этих потрясений и волнений, от которых один только беспорядок. Пользоваться тем, что дают, приспосабливаться.

Они же не сверхчеловеки какие-нибудь, чтобы становиться на тернистый путь, который ещё неизвестно куда приведет. Вовсе нет, в большинстве своём такие же обыватели, как и мы. И чего только на рожон полезли?

ОТ МЕЧТЫ К БУНТУ

Возможно, дело в ненависти к настоящему, которую украинский публицист, луганчанин Александр Володарский считает основной причиной любого бунта:

«Бунт рождается из ненависти и отчаяния, а не из благородного желания «сделать мир лучше». Бунт исходит не из любви к будущему, а из ненависти к нынешнему. Он рождается из понимания, что дракона убить нужно не ради благосостояния его подданных, а просто для того, чтобы дракон умер».

Майдан начинался не с ненависти, он начинался с мечты жить по-человечески. «Мечта в принципе неплохая», — как сказал Путин в одной из своих первых ремарок по теме, скривив губы. Для украинцев эта мечта включает в себя отсутствие диктатуры — не умеют они расслабиться и получать удовольствие, когда их насилуют. Но закончился Майдан действительно лютой ненавистью и насилием.

Именно этим взрывом насилия россияне объясняли необходимость «вернуть Крым в родную гавань», на него списывали «гражданскую войну на Донбассе». Даже многие умнейший из них, вовсе не матёрые путинисты, так считают. Что невозможно было иначе, так как они должны были спасти крымчан от судьбы судетских немцев. Война же на Донбассе закономерно началась из-за того, что местное население поставили перед фактом кардинальных изменений в стране, нежелательных для них, не учли его мнения. То есть в первом случае произошел триумф гуманизма, во втором — демократии.
Это лукавство или самообман.

Даже если насильственные протесты на Майдане считать катализатором последующих событий, дело до них дошло из-за действия России, а, значит, она сама себя спровоцировала на агрессию против Украины.

СВОБОДНЫЙ ВЫБОР ПРОТИВ ПРИНУЖДЕНИЯ

Я не могу с уверенностью утверждать, что в подавлении протестов принимали участие бойцы или инструкторы российских спецслужб. Не знаю, управляли ли действиями тогдашней украинской власти из Кремле в телефонном режиме. Речь только об открытой российской политике в отношении Украины.

Кто, как не Россия, подсадил в президентское кресло Януковича, фигуру конфликтную и одиозную? Человека с криминальным прошлым, неразумного и негибкого. Политика, который заигрывал с сепаратизмом и шантажировал расколом страны, а главное — имел диктаторские замашки. Впрочем, если первоначальной целью России был бунт, который бы повлёк за собой раскол страны, выбор почти идеальный.

Трудно было представить, что с таким набором характеристик Янукович сможет стать объединяющей фигурой. Однако он едва ей не стал, когда внезапно взял курс на евроинтеграцию. Этот курс поддержала большая часть украинцев. (Да, не одинаково в разных регионах, но позже даже Евромайдан на Юге и на Востоке поддерживали 20% и 30% населения, цифра очень серьёзная.) И что сделала Россия, учла мнение «братского народа»? Нет, она развязала торговую войну. Начала выламывать руки и угрожать, на что Янукович даже жаловался Меркель в неформальной беседе.

В чем состояла главная разница между ассоциацией с ЕС и вступлением в ТС? В том, что выбор первой был свободным, к нему никто не принуждал, его делали потому, что он просто выглядел более заманчивым и перспективным.

ВЫРВАТЬСЯ ИЗ ЛАП ДРАКОНА

Неспособная привлечь, Россия берёт силой. Если же обманутые в своих надеждах украинцы выходят протестовать, российское телевидение  ежедневно о них лжёт в истерической тональности, мешает их с грязью, пририсовывая им рога и хвосты. А неразумный и негибкий российский ставленник, загнанный в угол, начинает делать ошибку за ошибкой, всё выше поднимая градус раздражения и ненависти. Тем временем Россия объясняет то, что происходит, как брошенный ей вызов, антироссийскую провокацию, необъявленную войну, покушение на её законную вотчину.

Да, в конце концов, Майдан стал антироссийским. Только совсем не в смысле этнической неприязни. Просто многим украинцам стало некомфортно в лапах дракона, который считает, что они принадлежат ему по праву и он лучше знает, какой выбор они должны сделать.


Не то чтобы мы этого не знали раньше, но теперь стало ясно со всей очевидностью, что такое интеграционная политика в российском исполнении —  это подчинение и принуждение.


Ну и что, скажут нам они, иногда нужно подчиниться, это признак взрослости — умение подчиняться, для вашей пользы стараемся, мы же вас спасти хотим! От чего? Да от всех этих евробезобразий. И вообще, это так мелко, так низко — искать лучшей жизни, меняя на неё братство, славянский союз!


Кстати, стоит обратить внимание, что Россия, которая очень часто обвиняет соседей в этноцентричности, когда они пытаются спрыгнуть с её орбиты, предлагает в качестве якобы прогрессивной идею «братства», замешанного именно на этничности. Плюс иерархию, плюс социальный консерватизм, плюс мечты о «светлом вчера».

Что в итоге получается? Классический набор матёрого национализма, даже с фашистским привкусом. И эти люди запрещали украинцам кричать «кто не скачет, тот москаль!».


ТЕСТ НА ПРИНАДЛЕЖНОСТЬ К «РУССКОМУ МИРУ»


И всё-таки пресловутый «русский мир» не исчерпывается перечисленными выше характеристиками. Есть в нём одна очень своеобразная и важная изюминка — принципиальное неприятие налаживания и благоустройства жизни. Какая-то иррациональная любовь к существованию в режиме катастрофы.


В Крыму эта тяга не так ярко себя обнаруживала, там отчасти мечтали как раз о халяве (про светлое вчера и батюшку-царя), на Донбассе же я часто сталкивался именно с этим глубинным свойством «русского мира». Его донбасских сторонников зачастую интересовали не столько возможные позитивные изменения в жизни со сменой государственного статуса, сколько зудело нечто такое подсознательное: «Пусть оно всё летит к чертям!»


Чтобы было лучше понятно, что это за зуд такой  странный, процитирую, на мой взгляд, самого русского автора. Он не просто проник в «глубины русской души», он сам видит и чувствует мир очень по-русски. Если его слова покажутся вам каким-то бредом или издёвкой, а это вовсе не издёвка, значит вам не в «русский мир», сворачивайте на другую дорогу.


Вот, Лев Пирогов, отрывок из статьи «Русская весна - 2»:


«Два года назад, когда после Крыма стало ясно, что мир наконец покатился в объятия Холодной войны, запомнилось чувство прохладной, немного зябкой, холодящей колени, но чрезвычайно приятной свободы. Весенней лёгкости.


Вот и сейчас: пока нефть медленно и липко сползала вниз, а правительственные  чиновники тоскливо блеяли, как она вот-вот «отскочит», пока всё это происходило, была тоска, была тревога... Теперь, когда нефть, наконец, решительно обвалилась, с души будто камень свалился. Господи, как хорошо не иметь!.. Снова чувствуешь себя молодым, свободным и готовым к всевозможным свершениям.

Станем ли мы от этого лучше жить? Боже упаси. А зачем? Русская весна не для этого. Кто стал лучше жить после того раза — жители Донбасса? Мы, россияне? А лучше, тем не менее, стало. Не «жить» просто лучше. Вообще».

Чтобы стало ещё понятнее или, наоборот, вы окончательно запутались, упомяну текст того же автора «Дезертиры вечности». В нём он критиковал тех русских националистов, которые «хотели видеть русский народ этаким дебёлым швейцарцем —  рациональным, расчётливым, блюдущим свою выгоду, эмоционально благополучным, «позитивным», состоятельным...».

Это всё не то! Противно и чуждо русскому человеку.

«Мы же не случайно такие — нас же умирать здесь оставили. Православие — не форпост истинной веры и не оплот даже, а скорее отряд прикрытия. Остальные (кто остальные? ну, пусть предки) уплыли за океан, а нам здесь умереть суждено, чтобы эти не догнали, не потопили тех. Мы смертники. Но вот появляются «идеологи возрождения». Говорят: а что это мы тут только водку и мухоморы жрём и тело у нас бычьей кровью намазано? Давайте-ка посеем ленок, редис, зарядим квас...»
Возможно, теперь вы поймете, откуда растут ноги у издевательских отзывов от россиян о майдановских «чае с бутербродами» и огородиках с клумбами, которые здесь насадили после окончания боёв. Ну, а также их напыщенное презрение к желанию жить по-человечески, по евростандартам.

Конечно, они могут поглумиться над украинцами: ну что, мол, зажили? Да нет, не зажили. У них своя специфическая проблема — слишком широка  вольница, которой в своих интересах пользуются люди, ответственные за поддержание и развитие государства. Не мешало бы сузить.

Но украинцы всё ещё хотят. И пока они этого хотят, с «русским миром» им не по пути.


Оригинал текста
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments